Точка контроля полностью

— Не зависит, но с возрастом его накапливается больше. — Рейф покосился в зеркало заднего вида и тихо выругался. — Прокатишься со мной до офиса. — В тоне звучала смесь сожаления и досады.

— Давненько я не общалась с федералами, — развеселилась Кира.

— Очень смешно, — буркнул Рейф, перестраиваясь и прибавляя скорость. — Посидишь в машине. Я хоть знать буду, чем ты занята.

Кира прыснула смехом.

— Тебе не говорили, что ты контрол-фрик?

— Клэр что-то такое говорит иногда, — слабо улыбнулся Рейф.

— Прислушался бы к дочери.

— Если вас оставить без присмотра, через десять минут обнаружишь, что одна уже скупила весь торговый центр, а вторая лупит кого-нибудь в подворотне, — больше для вида пробурчал Рейф. — Потом устанешь объяснения писать.

— Я больше не работаю с ФБР, — напомнила Кира, умиляясь его заботе, обернутой в упрек.

— Да. Поэтому бумажек будет еще больше. Зачем ты пошла на кладбище? — Он покосился в зеркало и ловко нырнул в поворот под стрелку на последних секундах зеленого света.

— У меня не было четкого плана. — Кира снова потерла переносицу. — Так… осмотреться, понюхать ветер.

— И чем пахнет?

— Краской, — усмехнулась она. — Вряд ли имеет прямое отношение к моему делу, но те студенты точно знали, куда шли, если, кроме вампирских захоронений, нагадили еще и на военной могиле. На сайте Сен-Люк даже номера свидетельств о смерти есть в открытом доступе. Выходит, это не такая уж секретная информация, чтобы маскировать ее черной пастой в официальных документах. Что, согласись, наводит на размышления.

— Например?

— Например, о том, чей хвост ты сбросил на повороте, — флегматично отозвалась Кира и детски порадовалась удивленному взгляду. — Да, я заметила. — Она поглядела в правое зеркало, но форда, прилипшего у участка, не увидела. — Уже пару дней пасут.

— Почему не сказала? — рыкнул Рейф.

— Думала, твои. — Кира постаралась спрятать улыбку.

— Я не… — начал было он и передумал. — Если мы работаем вместе, я должен знать обо всем, что происходит, — закончил безапелляционно.

С минуту Кира смотрела на его профиль, на серебряные виски, глубокую складку возле губ и сеточки морщин-смешинок возле глаз. Смотрела и вспоминала каким он был…

Нью-Йорк, 2010 год

— Знакомьтесь, это Кира Колева, — представил ее Марк Дуглас двум федералам, тщательно постаравшись скрыть шутку в интонациях.

Высокий и крепкий мужчина с легкой сединой, чуть проступившей белым налетом на висках и вчерашней щетине, пристально поглядел на Киру. Она почти слышала, с каким звуком в голове у него перещелкивались карточки с фотографиями преступников, и как поиск завершился, не найдя совпадений. Во взгляде появилось нечто, что при желании можно было принять за дружелюбие, губы чуть тронуло подобие улыбки.

— Рейф Камеро, подразделение по разработке спецопераций, — представился он, протягивая смуглую руку с полоской белой кожи на безымянном пальце.

Короткое рукопожатие оказалось решительным и крепким. Взгляд агента ощупал рентгеном, пока она проходила в переговорную. Наблюдательность в нем была выражена так ярко, что показалось, он намеренно выпячивает ее, прикрывая что-то другое. Кира поглядела на агента, некстати подумав о том, какой он на ощупь, и мысленно отвесила себе подзатыльник.

— Наташа Палий, — негромко представилась светловолосая высокая девушка, сидящая за дальним краем стола.

Поближе не подошла и руки не протянула. Кира присмотрелась к ней чуть внимательнее, но быстро отнесла такую дистанционную сдержанность к личным пристрастиям, а не к пренебрежению. Кивнула приветливо, чуть улыбнулась.