Виктор негромко скомандовал, и рабочие медленно поднялись с земли и нехотя поплелись вслед за ним. Они подошли к этой куче шпал и стали складывать их ровными рядами друг на друга. Мужчина поднялся с них и кому-то махнул рукой. Абрамов обернулся и увидел, что из остановившегося микроавтобуса вышли пятеро пассажиров и направились в их сторону.
– Приготовиться, – тихо скомандовал Абрамов.
Рабочие положили шпалы на землю и стали довольно громко требовать у него, чтобы он дал команду о прекращении работы.
– Слышишь, мастер? Ты что, не видишь, сколько времени. Хватит работать, мужики, пора по домам.
Между ним и рабочими завязалась вялая перепалка на тему окончания работы. Споря с ними, Виктор внимательно наблюдал за подходившими к нам мужчинами. Когда расстояние между нами сократилось до пяти метров, он выхватил пистолет и, направив на них, закричал:
– Руки вверх!
Четверо мужчин беспрекословно выполнили команду и молча, подняли руки. Пятый же, словно сайгак, бросился бежать вдоль железнодорожных путей в сторону вокзала, лишая его возможности открыть огонь. Виктору ничего не оставалось, как побежать за ним.
Бежал мужчина неплохо, высоко поднимая и выбрасывая вперед бедро, что говорило о том, что он когда-то занимался легкой атлетикой. Тем не менее, расстояние между нами постепенно сокращалось. Абрамов тоже долгое время занимался легкой атлетикой, а затем играл в гандбол, где приходилось много бегать и поэтому, бегать тоже умел и умел неплохо.
В свете прожекторов Виктор уже мог легко различить на его стриженой голове две макушки. Неожиданно мужчина остановился и попытался выхватить из кармана брюк пистолет. Однако курок, похоже, зацепился за ткань и никак не хотел подчиниться усилиям преступника.
Со всего разбега Абрамов ударил его в лицо. Удар оказался настолько сильным, что мужчина, отлетев метра на три, как мешок свалился на кучу щебня и потерял сознание. Оглянувшись, он увидел двух подбегавших к нему сотрудников милиции.
– Вяжите его, ребята, – произнес он и направился в сторону ожидавших их автомашин.
Он устало опустился на сиденье и поинтересовался у водителя, связался ли с ними группа начальника милиции.
– Все нормально, товарищ капитан. Они уже возвращаются из Малой Пурги.
– Раз так, поехали в отдел, – приказал Абрамов.
Милиционеры, бросив курить, сели в машины, и они поехали в отдел милиции.
***
Утро выдалось холодным. Поеживаясь от пронизывающего северного ветра, Абрамов шел по улице Агрыза, направляясь в отдел милиции. Вчера вечером Виктор по телефону связался с женой и в ходе беседы рассказал, как задержал беглого преступника. Сначала она слушала, молча, не перебивая, но неожиданно сорвалась и, рыдая, произнесла:
– Вы, что там с Семеновым с ума сошли? В него стреляют, и ты, словно больной, бросаешься на пистолет. Считаешь это геройством? Ты подумал о семье, когда бросился догонять убийцу?
Абрамов хотел еще что-то сказать, но она бросила трубку. Виктор посмотрел на администратора гостиницы, с телефона которого звонил домой, и виновато улыбнулся. Он перешел дорогу и проследовал дальше вниз по улице. Воздух в городе благоухал запахом цветущей черемухи.
«Почему в это время года всегда бывают холода? – подумал он. – Ведь природа радуется, все цветет…»
Около ворот его окликнул начальник милиции.
– Абрамов! Ты где ходишь? В гостинице тебя нет, в милиции тоже.
– А, что случилось? Опять побег? – задал ему вопрос Виктор.
– Поехали в райком партии, тебя очень хочет видеть первый секретарь. Я ему вчера доложил о твоей операции. Он, конечно, обрадовался, что нам удалось задержать беглых преступников, но мне влил по первое число. Виктор, будь человеком, не вздумай рассказать ему о том, что побег организовал работник милиции. Мне и так здорово намылят шею в МВД.
– Хорошо, договорились, – произнес Абрамов и сел в его машину.
В кабинете первого секретаря райкома их ожидала теплая встреча с поселковым партийным активом. Выслушав от всех слова благодарности, они с начальником милиции вышли на улицу.
– Ну, что, товарищ подполковник, если вы не против этого, я сейчас сгоняю в гостиницу, расплачусь и на вокзал.
– Виктор! Может, останешься еще на денек? Съездим на речку, порыбачим! – стал уговаривать его Амиров.
– Нет, не могу. Соскучился по семье. Поеду домой. Извините, но на рыбалку мы сходим в другой раз.
– Скажи мне, Виктор, я еще вчера хотел тебя спросить. Когда ты бросился бежать за преступником, не думал о смерти? Ведь он мог тебя застрелить.
– Не знаю даже, что сказать. Наверное, не думал. Если бы подумал о семье, о ребенке, то едва ли побежал за ним. Это первое. А, второе, когда мы встали напротив друг друга, я увидел в его глазах страх. Это чувство, как правило, не дает возможности человеку активно сопротивляться. Тогда я понял, что я сильнее и обязательно задержу его.
– Вон оно что. А ты, оказывается, еще и философ.
– Жизнь научила, – ответил Абрамов.
