– Да ему срочно позвонили, и он ушел домой. Что-то у брата, проблемы какие-то, – немного вранья и вуаля.
– У Антона? – бабушка развернулась на сто восемьдесят градусов. – А что же у него могло случиться-то? – с заботой в голосе произнесла она. – Не уж-то с детками что? Может, Вале позвонить?
Вот это да, не думала, что Антон такая знаменитость, ведь живет он в Зарайске, и до нашей деревеньки ему дела не должно быть. И не ожидала, что моя маленькая ложь вызовет столь бурные эмоции. Даже предположить такого не могла.
– Ой, да нет, ба. Там они о чем-то договаривались, и теперь Антон его ждет, – тут же включила я заднюю.
– Ох, ну хорошо, – расслабилась бабушка, и вот фруктовый тарт уже красуется на столе.
– Бабуля, ты кулинарный гений, – хвалю ее и тем самым пытаюсь увести от ненужных размышлений. – А чай зеленый есть?
– Конечно, Викуша.
Бабушка заваривала чай, а я сама уже не могла отделаться от мысли про этого самого Антона. Знать его толком не знаю, а уже не могу выкинуть из головы ни на секунду.
– Ой, ты не представляешь, как Вале и Мише Троицким повезло, что вернулся Антон домой, – как назло, подлила масла в огонь бабушка. – Пашка от рук совсем отбился и помогать им перестал, все по девкам тут шлялся.
Она глянула на меня и не увидела никакой реакции, но реакция, на самом деле, была.
Бабуля разбудила во мне жгучее любопытство. Что значит, вернулся домой? Это получается, он жил в Зарайске? Тогда странно, почему я никогда его не встречала. Но, задумавшись на мгновение, поняла, что скорее всего из-за разницы в возрасте. Приезжала на каникулы я в более малом возрасте и не выходила никуда дальше центрального магазина, что стоял в селе. И Пашка еще.
«Вот же гад!» – подумала про себя, кипя так, что слов не хватало, но внешне оставалась спокойной. Даже не знаю, откуда взялась эта выдержка. Грош цена его словам, но теперь-то хоть совесть не будет мучить, когда при следующей встрече все выскажу ему, а встреча будет, я в этом не сомневалась. Слишком настырный парень, и на все мои обидки он точно не обратит внимания, приедет снова, проверено, не первый раз такое.
– А тут по осени, – продолжила бабушка свой рассказ, – приехал Антон с женой и двумя детьми, отстроил себе дом рядом с ними. Это потом мне Валя сказала, что земля там его была, когда мы из праздного любопытства начали возмущаться, что он у них отхапал кусок. На деле оказалось по-другому. Брат дяди Миши оставил сыну в наследство эту землю, а у Антона детки болеют, и врачи порекомендовали перевезти их из города в деревню. У них с легкими что-то, воздух свежий им нужен, а ты сама знаешь, у нас здесь ох как хорошо. Особенно весной и летом, красота. Осенью, конечно, грязь, асфальта нет, но Антону-то что, у него вон какой джипяра, – бабушка глотнула чая, промачивая горло, а я даже дыхание задержала в предвкушении дальнейшего рассказа, каждое слово впитывала, как губка.
– Ты бы видела, какой он себе домище отстроил рядом с Троицкими. Загляденье. Валя теперь ходит важной павой, все-таки как-никак крестник ее. И в гости больше не зовет. Глядишь, зазнается и вовсе, – бабушка, разглядев в моих глазах интерес, приосанилась и, заговорщицки снизив голос, продолжила: – А про крестника ее говорят, что бизнес у него какой-то большой в городе. Говорят, инвесторов ищет, дело тут хочет открыть, глядишь, и дорогу у нас в Лебяжье проложут, – бабушка говорила, а ее глаза с каждым словом все больше загорались. От предвкушения лучшей жизни, видимо.
– А что за дело-то, ба? – не удержалась я от вопроса.
– Да пойди разбери этих богатеев, что им в голову взбредет, – сказала она. – Кто говорит, поля скупает для посевов, а кто говорит, что эти поля ему нужны для того, чтобы сады разбить.
Я слушала ее сплетни с раскрытым ртом и не могла поверить, что один человек мог навести столько шума. Ну, ладно, у нас здесь маленькая деревенька, но вот то, что о нем знают так же и в Зарайске? Для меня это было удивительно. Хотя… Я откинулась на спинку стула. Что тут удивительного? Все живут на виду друг у друга, никакой личной жизни. Я глянула в окно. Забор-штакетник и низкая калитка. Смотри – не хочу, как живут соседи. А если этот самый Антон отгрохал себе коттедж, то тогда-то да, все понятно, сплетен на десять лет вперед. Тем более, тетя Валя, у которой, в общем-то, как мне кажется, язык без костей, сама про него могла и насплетничать.
Бабушка с воодушевлением делилась со мной и другими деревенскими сплетнями, но я уже слушала ее в пол-уха. Мне уже было не особенно интересно, потому что эти разговоры касались ее подруг, и для меня они были запредельно староваты, их жизнь никак не затрагивала мои интересы. В отличие от того, что касается Антона. Я еще раз проговорила его имя про себя, и что-то знакомое шевельнулось в памяти, что-то далекое, но я все никак не могла ухватить эту связь.
– Все, спасибо, – резко поднявшись из-за стола, прервала я бабушку. – Пойду, схожу к Ленке, поздороваюсь.
