Ситуация с памятью продолжала ухудшаться. Денис отлично помнил события, произошедшие когда-то, но почти сразу забывал все новое. Он мог легко назвать имена школьных друзей, но с трудом вспоминал, кто такая Ксюша и почему она хочет с ним срочно встретиться. Отношение к некоторым вещам если и не теряло смысл, то делало его крайне неопределенным и зыбким. Например, он помнил, что Мила – стриптизерша, которой нужны его деньги, но не мог понять, что плохого в том видео, где он абсолютно голый в кожаном шлеме размахивает резиновым членом. Это видео представлялось Денису крайне забавным, и он не считал, что его нельзя показывать другим. К тому же его удивляло само существование резинового члена. Поначалу он думал, что это взрослая игрушка, но со временем пришел к выводу, что игрушки предназначаются детям. А член, определенно, им был ни к чему, что сбивало с толку.
Расстраивать и без того несчастную Машку он не хотел. Боялся, что этого она уже не выдержит. Потому решил искать нового врача, так как с трудом помнил, как лечил его старый. А главное – где искать этого старого. К тому же Денис перестал понимать, от чего конкретно ему надо лечиться. Решение пришло внезапно – в столовой он встретил бывшую одноклассницу, которую не видел уже лет пятнадцать. Оказалось, что они работают в одной компании. Миниатюрную блондинку с пышным задом звали Юля, она была бухгалтером. Почему-то именно у нее он решил спросить про врача. Видимо, Юлю Денис отлично помнил, в отличие от новых знакомых.
– У тебя случайно нет врача? – спросил он, зачерпнув ложкой борща из тарелки.
– А что с тобой случилось? – рассеянно спросила она, поправляя сережку в правом ухе.
– Да пока неясно, обследоваться вот хочу. Состояния какие-то странные бывают.
– Ну, ты можешь сходить в поликлинику, там обследуешься.
Идти в поликлинику Денис не хотел, побаивался. На днях он услышал в коридоре разговор двух коллег. Один из них утверждал, что все врачи – продажные твари и что платная медицина – полное говно. Денис не знал, насколько верны эти два утверждения, но уверенность, с которой говорил коллега, не оставляла сомнений в их истинности. По всему выходило, что идти к платным врачам смысла не имело. В то же время в Интернете писали, что в государственные больницы можно только приезжать умирать. И тоже писали это так убедительно, что и тут у Дениса не оставалось сомнений в истинности утверждений.
– Я не доверяю платной медицине! – заявил он. – Там одни шарлатаны.
– Да, не могу с тобой не согласиться. – Юля отпила из трубочки кофе, провела рукой по своим волнистым волосам. – Ну сходи в бесплатную больницу.
– А там только помирать можно.
– И то верно.
По всему выходило, что заключения Дениса правильные.
– Я тоже давно к обычным врачам не хожу.
– А к кому ходишь? К йогам?
– Причем тут йоги? – удивилась Юля, улыбнувшись.
О помощи йогов каждый день писала Ксюша, говорила, что у тибетских йогов такая энергетика, что ею они враз вылечат Дениса. Поэтому йоги у него стали ассоциироваться с тибетскими врачами.
– А кто тогда?
– Гомеопаты…
– Это те, что растениями лечат?
– Не совсем. Это другое. Так даже и не объяснить в двух словах. В общем, это когда подобное лечат подобным.
– Как клин клином?
– Во-во, что-то вроде того, – кивнула она.
Поговорку про то, что клин надо выбивать клином, Денис слышал еще в детстве. И она представлялась ему логичной. Поэтому искусство гомеопатов показалось Денису заманчивым. Вполне возможно, что эти самые гомеопаты обладают теми древними знаниями, которые уже и не ведомы обычной медицине.
– А дорого они берут?
– Пять-семь тысяч за сеанс. По-разному, от врача зависит.
– Ерунда. – Денис вспомнил про свои недавние траты, и расценки гомеопатов показались ему детской шалостью. Поэтому он решил не медлить и сразу перейти к делу. – Ты мне дашь контакты своего врача?
– Конечно. – Юля достала из сумочки записную книжку, открыла ее на страничке с буквой «Г». – Гущенко Михаил Сергеевич, вот телефон. – Она не спеша назвала номер. – Этот человек может показаться тебе странным. Но он хороший доктор. Я у него лет пять уже. И подруги мои некоторые у него лечатся.
– Мне главное, что хороший, а там уж пусть хоть десять раз будет странным.
– Хорошо, звони ему тогда. Сошлись на меня при разговоре.
– Конечно. – Он благодарно пожал ей руку.
Гущенко сам не отвечал на звонки. Для этого у него имелась помощница – пожилая баба Глаша, жившая в том же доме, где у Михаила Сергеевича был кабинет для приемов. Надо сказать, что баба Глаша ценила свою работу и подходила к ней с особой серьезностью. Впервые позвонившему она сразу сообщала, что у Михаила Сергеевича все занято на ближайший месяц, а то и на два. Правда, потом перезванивала и сообщала, что вдруг появилось окошко, потому что какая-то ветреная особа забыла, что записалась, а вспомнив, поняла, что по ряду причин прийти на прием не имеет ни малейшей возможности. Вот и Денису баба Глаша ответила в том же духе.
– У Михаила Сергеевича все забито на два месяца вперед, – сказала она с ходу, едва успев поздороваться.
