На него сверху кто-то упал. Дизель высвободился, заметив труп Рекса. Хребет был здесь же, все еще живой, методично расстреливая магазин за магазином в гусеницы катающегося «Рипсоу-два». Казалось, у танка вообще не было оператора, что вполне могло быть правдой. Роботизированная механическая тварь уминала гусеницами траву и тела раненых, чередуя рывки с остановками. И отвечала на огонь ответной стрельбой – всегда. Скорость разгона у танка была выше всяких границ. В ответ на выстрел из подствольника он мог оказаться в десятке шагов прежде, чем граната достигала цели. «Рипсоу-два» ездил по бездорожью, лавировал между деревьями, иногда падая на бок с крутого склона, но неизменно каким-то образом снова вставая на гусеницы, помогая себе перевернуться с помощью боковых рычагов.
Дизель провел рукой по стволу «Энфилда», стряхивая грязь. И заметил мигающий зеленый огонек на тактическом модуле.
Такого адреналина Дизель не испытывал никогда.
– Клинч в зоне действия! – сказал он в наушник, вставая и направляя прицел на танк. – Хребет! Привлеки внимание танка!
– Хорошо, командир, – не стал возражать сталкер, тоже высовываясь из-за укрытия и стреляя по машине.
«Рипсоу-два» развернулся на месте, покрутив гусеницами в разные стороны. Затем, стремительно набирая скорость и жужжа гироскопами, понесся на источник огня. Загрохотало орудие на башне.
Дизель нажатием пальца активировал тактический модуль, который испустил лазерный луч, впившийся в танк красной точкой. Все же не зря Дизель протаскал модуль с собой в течение всего боя, так как он был не чем иным, как наземным целеуказателем для «Тайкуна». «Ранговец» не видел вертолет, но знал, что он здесь. Иначе и быть не могло.
Танк продолжал мчаться вперед. В следующий миг земля под ним разверзлась, беспилотник подбросило в воздух волной огромной силы. «Рипсоу-два» упал на спину с разорванной левой гусеницей, стал дергаться, подобно гигантскому жуку, не способному перевернуться обратно на брюхо. Дизель не отводил лазера. Еще два «вихря» ударили в танк, подведя итог его разъездам.
Дизель и Хребет повернулись на шум двигателей. «Тайкун» пронесся над ними и был встречен ликующими возгласами.
– Что, суки, не ждали? – злорадно произнес Клинч. Марк уставился в окно, стараясь не пропустить ни единой детали.
– Есть! – крикнул Борланд с заднего места. – Ты попал в него!
– Ну еще бы. Визуальное подтверждение есть?
– Интуитивное. Шутка.
– Кунченко! – орал Глок, срывая с себя шлем и стуча им по стеклу. – Ну почему, почему?!
– Спокойно, – произнес Сафрон, концентрируясь и наклоняя голову.
Ему следовало выполнить самую главную и ответственную охоту в своей жизни.
«Тайкун» за один заход спалил все три вражеских бронетранспортера, которые еще оставались на ходу.
– Видишь этот, последний? – показал Клинч.
– Да, – ответил Борланд. – А что с ним?
– Когда-то я его мыл, – ответил майор. – Губкой и чистящим средством. А теперь он пыльный.
Марк внимательно следил за вертолетами.
– Последний «охотник» отрывается от лидера, – сообщил Марк.
– Спасибо.
Кунченко сменил курс, двигаясь за улепетывающей «Дельтой». Марк пристроил на левом глазу нашлемный целеуказатель. Теперь он был готов.
– Пуск, – сказал он.
Клинч переключил режим оружия и нажал на кнопку. С самого конца правого крыла оторвалась необычайно длинная и тонкая ракета, готовая к труду и обороне. Марк не мигая смотрел на хвост Ми-28, видя в расплывчатом фокусе преследовавшую его «иглу». В последний момент «Дельта» выпустила ряд ложных мишеней, но это ее не спасло. Марк тут же взметнул прицел вверх и вернул обратно к вертолету.
«Игла» обошла обманку, угодив непосредственно в лобовое стекло нижнего пилота. Сбитая «вертушка» начала падение, и Кунченко успел пнуть «Дельту» еще одним «вихрем», прежде чем вертолет свалился вниз.
– Второй пилот мог выжить, – сказал Борланд.
– Пусть, – ответил майор. – Мне он не нужен. А тебе?
– И мне нет.
– Вот и славно.
Клинч переключил радиосвязь на нужную частоту.
– Анубис, – сказал он. – Где нож?! Нам нужен нож, но в такой жаре я не сяду!
– Клинч, это ты? – ответил голос лидера «Ранга». – Рад тебя слышать. Ножа нет, нож несут Фармер и Уотсон. Они вчера ночью вышли в Припять. Ищи их там. Больше ничем не могу помочь.
– Нож в Припяти? – повторил Клинч, глядя на Марка.
– Да. Лети туда напрямую. Я попытаюсь прорваться, чтобы помочь. Больше ничего не могу сделать.
– И не надо, – сказал Клинч. – Спасибо тебе, дружище! И удачи!
Он выключил радио и глубоко вздохнул.
– Все слышали? – спросил он.
– Ага, – сказал Борланд. – Ну и дела.
– Будем помогать на поле боя? – спросил Марк.
– Чем тут помогать? Мы успели на самый финал. Хоть не опоздали, и то хорошо.
«Тайкун» пролетел на север, отдаляясь от места побоища все дальше. Марк глубоко вздохнул. Борланд взглянул на лежащий в ногах рюкзак, полученный от Доктора, и незаметно положил на него руку, словно приглаживая.
– А где второй «камов»? – спросил Марк.
И тут же получил ответ на свой вопрос.
Запищал сигнал.
– О, черт! – воскликнул Кунченко, резко снижаясь.
– Что такое?!
