— О, Саня, поздравляем, папаша! — Андрей с Сергеем принялись обнимать свежеиспеченного отца. — Ты давай, не останавливайся, еще дочку надо.
— Пацаны, не смешно… Сегодня про это уже все уши прожужжали! — отмахнулся тот.
Андрей взял Пархома за плечо:
— Как жена, роды как прошли?
— Да все в порядке. Не выспался только — схватки всю ночь были, в шесть утра родила.
— А чо ты тогда тут делаешь? — удивился Кацуба.
— Так к ней не пускают. Все, что необходимо, я ей привез, а домой идти не охота. Выставляться все равно надо.
— Да уж, у нас такое событие не пропустят, зубами вырвут… — посмеиваясь, коллеги направились в кабинет Пархоменко.
Там уже находились почти все сотрудники управления. Неровным кругом они столпились вокруг двух столов, на которые девчонки из секретариата расставляли пластиковую посуду.
— Так, — потирая руки, Кацуба придвинулся к центру пиршества. — Что пьем?
Начальник управления, полковник Нетребко погрозил ему пальцем.
— Ты, Кацуба, пьешь сок. И вообще, ты что здесь делаешь? Ты же должен с наружкой кататься! — удивление начальства было неподдельным.
Кацуба сделал невинное лицо:
— Да там у флота[16] проблемы, у них сразу несколько бригад дернули из ДЗНГ[17]. Евровидение на носу… — и Сергей спрятался за спину Андрея.
А Нетребко тем временем продолжил:
— Шевченко, зайди в секретариат, я там на тебя документ из РНБО[18] расписал. Надо будет срочно ответ подготовить.
— Ну, Александр Павлович, ну почему я? У меня своей работы выше крыши! — попробовал возмутиться Андрей.
— Ты же у нас по контактам с другими силовиками? Вот и общайся с ними. И хватит об этом. Сроки, смотри, не проморгай!
— Товарищ полковник, ну хватит про работу. Между прочим, обед уже, да и повод у нас есть, — томно произнесла Таня Гуйвик, поднимая стаканчик с коньяком.
На столе красовались два нарезанных торта, фрукты, соки, «пепси-кола». На их фоне три бутылки коньяка смотрелись сиротливо — «слезы на 15 человек», как выразился Володька Сацкий.
Спустя двадцать минут и пять тостов полковник Нетребко, вместе с замом, покинул кабинет, пригрозив:
— Так, без фанатизма мне тут. А то знаю, побежите добавлять. Предупреждаю: попадетесь на глаза кому-то, порву как грелку! Шевченко, не забудь про документ!
После ухода руководства Сацкий подмигнул Шевченко с Кацубой:
— Парни, предлагаю пойти попить кофейку. С коньячком….
Сергей повернулся к Андрею:
— Ну что, пойдем? А то тут уже и нет ничего, да и Танюша наша уши греет активно…
Андрей направился к двери:
— Вы идите, а я документ заберу и догоню вас. А то шеф мозг вынесет. Света, — позвал он секретаршу, — идем, солнце мое, работать пора.
— Ну тебя, Шевченко, еще обед не закончился, — женщина явно не собиралась никуда идти, перекладывая на тарелку огромный кусок бисквита с кремом.
— Светик, идем, брось ты этот торт — от него поправляются. Я тебе потом чего-нибудь вкусненького принесу! — Андрей все-таки вытащил Свету из-за стола.
В секретариате он получил документ, расписался в журнале и остановился у стойки, чтобы просмотреть его. А посмотреть было на что.
Десять страниц документа носили гриф «Цілком таємно»[19]. Созданный под эгидой президента и под контролем РНБО объединенный разведывательный комитет на очередном совещании принял решение о формировании партизанских групп — на случай оккупации Украины российскими войсками. Было подробно указано, кому из силовиков и что надлежит делать. Конечно, основной упор ложился на СБУ, Главное управление разведки МО Украины и Силы специальных операций ВС Украины. Именно эти структуры должны были готовить агентурно-боевые группы глубокого залегания (так называемый оперативный резерв), склады вооружения и документальное обеспечение.
Согласно резолюции, Шевченко следовало в кратчайшие сроки ознакомить с содержанием полученных бумаг заинтересованные подразделения СБУ и подготовить ответ в РНБО.
Выйдя из секретариата, Андрей завернул в туалет. Убедившись, что в помещении никого нет, он зашел в пустую кабинку. Достав из папки полученный документ, сфотографировал его на смартфон — страницу за страницей, предварительно отключив звук камеры.
Спустя пять минут бумаги уже лежали у него в сейфе в папке «На исполнение», а сам подполковник Андрей Шевченко одевался. Коллеги ждали его на улице — праздник требовал продолжения.
Кацуба с Сацким стояли на углу Владимирской и Малоподвальной и беседовали.
— Ну что, пойдем кофейку хлопнем? — Кацуба ссутулился — ветерок был противный.
— Парни, а пойдемте в «Сундук»? Мы же не пообедали толком, — предложил Андрей.
— Да ну, собирались же просто кофе с коньячком бахнуть. Сейчас в магазинчик наш заглянем и нормально, — попытался возразить Сацкий. — Да и с деньгами у меня не особо.
— Фигня вопрос, я угощаю, — приобнял коллег за плечи Андрей. — Что мы будем, как бомжи, в подворотне бухать? Мы же старшие офицеры! Ты старший офицер, Кацуба? — грозно вопросил он у Сергея.
— Еще какой, — усмехнулся тот в ответ. — Целый оберштурмбанфюрер! Не судьба, значит, мне сегодня меморандумы закончить…
