— Мы думали, что это свет господа, и оставляли его спать под ним, мой муж так хотел. Мой муж был дураком.
Дэвид не знал, как сказать, что у ее ребенка страшный солнечный ожог нового типа.
— Я вам сочувствую, — сказал он.
— Они ничего не смогут сделать?
— Это вовсе не свет господень, — закричал другой пассажир. — Вы положили своего ребенка под свет Люцифера.
Прелестная невежественная женщина подняла длинную изящную руку к щеке, чтобы стереть слезы.
— Ладно, я положу его в землю, — сказала она. — Благодарю вас.
Она вернулась на свое место и принялась раскачиваться, остальные пассажиры смотрели прямо перед собой.
— Мы ей говорили, — сказал мужчина. — У нее мертвый ребенок.
Грохнули тормоза, и автобус остановился.
— Клиника Эктона, — монотонным голосом произнес водитель. — Клиника Эктона.
Дэвид и Кэролайн вышли из автобуса и увидели утреннюю росу на обочине дороги.
Над солнцем, в безграничной чистоте восточного неба, висела полная, красная, как кровь, луна, на поверхности которой одна за другой возникали вспышки.
Водитель закрыл дверь, и автобус поехал дальше. Что будет с ним и его пассажирами? Не приходилось сомневаться, что их не ждет ничего хорошего.
Дэвид увидел, что мощные железные ворота клиники Эктона распахнуты. В конце подъездной дорожки высилось здание, вокруг которого царила тишина; крыша прогорела, остались только зазубренные края. За окнами было темно.
— Клиника уничтожена, — сказала Кэролайн.
Дэвид не ответил. Сейчас он мог думать только об одном: даже если их класс выжил, что они станут делать без портала? Он рассчитывал, что здесь они найдут все необходимое, чтобы Кэролайн воссоздала портал в третий раз, но теперь это уже казалось невозможным.
— Пойдем, — сказал он.
Они быстро, но стараясь соблюдать осторожность, зашагали к клинике.
По мере того как они приближались к дому, Дэвид смотрел в разбитые окна, рассчитывая увидеть там хоть какие-то признаки жизни. Им бы не помешало обернуться назад, но они этого не сделали. Как и многие другие люди в подобных обстоятельствах, они подчинились животному инстинкту, стремясь поскорее найти убежище внутри здания.
Именно по этой причине они не увидели, кто соскочил с заднего бампера автобуса, когда они из него вышли. Мак быстро добежал до ворот, вошел внутрь и спрятался за голой яблоней, где часто проводил свои дни.
Он наблюдал, как они вошли в дом через переднюю дверь, подкрался поближе и прислушался — и сразу же уловил звук их осторожных шагов внутри.
Когда Мак увидел, что они прошли через крыло, где жили пациенты, он немного подождал, но все оставалось спокойным.
Майк и Тим Пелтоны и Делмор Твайн оказались в ужасном положении — их генерал спятил, и через минуту Тимми предстояло сгореть живьем в проклятом зеркале, или как там еще эта штука называлась.
Они всю жизнь дружили втроем, выросли на одной улице в Сандаски, ходили в одни и те же школы, наконец, вместе пошли в армию в надежде получить образование, на которое при других раскладах ни один из них рассчитывать не мог. Майк и Тим были однояйцевыми близнецами и записались на военную службу с условием, что их не разделят.
Но вместо обучения, на которое они рассчитывали, их отправили в пехотный лагерь, и они провели два года в Афганистане. Потом, когда США вывели оттуда войска, попали в специальную бригаду генерала Уайли и охраняли какой-то суперсекретный подземный объект в горах Блу-Ридж.
Охрану не впускали внутрь, они жили в палатках на поверхности, и им часто доводилось видеть, как разные знаменитости вылезали из своих лимузинов и исчезали за толстыми стальными дверями, за которыми находилось нечто роскошное. Так продолжалось несколько недель; хозяева мира — конгрессмены и сенаторы, известные проповедники и верхушка католического духовенства, телевизионные и кинозвезды, одна сотня за другой. У некоторых на коже виднелись большие темные пятна — результат новой болезни, вызывавшей необычную пигментацию. У других ничего такого не было.
У Майка, Тима и Дела темных пятен на теле не было, и они не хотели бы оказаться в одном бункере с теми, кто уже заболел. Большое спасибо, им такие радости ни к чему.
Теперь же вокруг портала лежали обожженные останки парней, прослуживших с ними вместе почти год. У них за спинами стоял полковник Мандерс с пистолетом в руке, не обращавший ни малейшего внимания на тела семерых солдат, которые отказались даже попытаться войти в эту штуку.
Майк, Тим и Дел успели ее обсудить. Они знали, что она принадлежала мужчине и женщине, которых генерал и тип из ЦРУ пытались убить.
Проблема заключалась в том, что именно эта парочка знала, как заставить диковинное устройство работать так, чтобы оно перестало сжигать парней. Ни для кого в подразделении не было секретом, что они из клиники Эктона, еще одного секретного объекта.
— Ладно, послушайте, — сказал генерал. — Ты… — Он показал на Тимми. — Тебе нужно сделать всего одно быстрое движение. Проблема тех парней в том, что они пытались выскочить обратно…
Тимми вырвало.
— Дерьмо! — Генерал ткнул дулом пистолета ему в лицо. — Давай!