Точка опоры полностью

Появляется ШПАК.

ШПАК. Ну, зятёк, как дела?

ЛОПУЦКОВСКИЙ (с вызовом). Между прочим, я вам ещё не зятёк!

ШПАК (поёт).

(Выхватывает пистолет.) Руки вверх! Шельменко, вяжи его!

ШЕЛЬМЕНКО. С удовольствием. (Связывает Лопуцковского.)

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Это насилие над личностью! Я буду жаловаться дяденьке!

ШПАК. Жалуйся хоть тётеньке…

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Я протестую!..

Шпак затыкает ему рот платком.

ШПАК (Шельменко). Вот тебе мой пистолет, вот тебе мой зять. Глаз с него не спускать, из усадьбы не выпускать! Ясно?

ШЕЛЬМЕНКО. Дело ясное, что дело тёмное.

ШПАК. Головой за него отвечаешь. (Уходит.)

ШЕЛЬМЕНКО. Ну что, ваше степенство, не верили? Думали обманываю. Что молчите, сказать нечего?

Лопуцковский мычит. Шельменко догадывается вынуть кляп.

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Как же я могу говорить с кляпом во рту? Идиот, кретин, болван!

ШЕЛЬМЕНКО. Ваше степенство, не обзывайтесь, а то я могу ранить вас при попытке к бегству.

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Прости, любезный. Не обижайся. Лучше помоги мне бежать отсюда!

ШЕЛЬМЕНКО. Ладно, так и быть, развяжу. Только чтоб духу вашего в усадьбе не было! (Развязывает Лопуцковского.)

Вдруг входит ШПАК.

ШПАК. Оба ни с места! Руки вверх!

Шельменко и Лопуцковский поднимают руки.

Хорош предатель! Ты зачем его развязал?

ШЕЛЬМЕНКО. Кто, я?

ШПАК. Не я же!

ШЕЛЬМЕНКО. Развязал, чтоб потуже перевязать. Вы его слабо затянули.

ШПАК. А кляп зачем вынул?

ШЕЛЬМЕНКО. А чтоб не задохнулся. Он вам до свадьбы живым нужен, так?

ШПАК (успокоился). Так, так. Молодец! Затяни его потуже.

Шельменко связывает Лопуцковского.

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Это варварство. Этому даже подходящей рифмы нет!

ШПАК (Шельменко). Вот тебе пули для пистолета. Он у меня не заряжен.

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Караул! Жениха убивают!

ШПАК (затыкает ему рот). Шельменко, а что твой капитан, как у него с соседской вертихвосткой?

ШЕЛЬМЕНКО. Полный порядок. О приданом договориться — и к попу.

ЛОПУЦКОВСКИЙ (мычит. У него вынимают кляп). Это несправедливо! Я там раньше договаривался!

ШПАК. Молчать! (Опять затыкает Лопуцковскому рот.) Не понимаю, чего ещё ему надо? У меня усадьба лучшая в уезде!

ШЕЛЬМЕНКО. А у соседей?

ШПАК. Не говори мне про соседей. Слышать не могу! У них на шесть десятин больше, зато у меня лес гуще да пруд глубже! А скота сколько, а куры, а гуси…

ШЕЛЬМЕНКО. А у них эти… как их, чёрт… павлины!..

ШПАК. Не смей мне перечить! Подумаешь, павлины. Я захочу — крокодилов выпишу. Павлины! Всего-то две штуки, а звону на всю губернию.

ЛОПУЦКОВСКИЙ (подымает руку, у него вынимают кляп). Откуда ж у них павлины?

ШПАК. Да эта дурочка выписала, дочка ихняя. Как съездила в Петербург, так ошалела. Угомониться не может! Всю усадьбу, всю жизнь на столичный лад норовит перестроить, мать свою бедную совсем замучила. Какая женщина была! Буйвол! А что осталось? Кожа да кости.

ЛОПУЦКОВСКИЙ. А всё-таки Петербург — это прекрасно. И павлины — тоже по мне…

ШПАК. Ничего, хватить с тебя моих гусей!..

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Нет, не хватит! Я требую отдельную сумму на лечение вашей дочери!

ШПАК. Ты что, издеваешься? Какое лечение? Мою дочь об стенку не расшибёшь! Тебя самого лечить надо! Опять увиливаешь, предлога ищешь?

ЛОПУЦКОВСКИЙ. Ничего я не ищу, но свою свободу задёшево не отдам! Лечение нынче дорого стоит. Да усадьбу вашу из долгов вытащить.

ШПАК (багровея). Мою усадьбу из долгов? Опять крутишь! К павлинам захотелось? (Затыкает рот.)

ШЕЛЬМЕНКО. Ваше высокоблагородие, зачем он вам нужен, такой скупердяй? Выгоните его, чтоб и духу не осталось!..

ШПАК. Ну уж нет!.. такого зятя я соседям не отдам. У него одна фамилия чего стоит! Женю его на Присиньке. Соседям назло женю! И капитану твоему назло! И до тебя тоже доберусь!

ШЕЛЬМЕНКО. Рады стараться — не пойму за что!

ЛОПУЦКОВСКИЙ (поднимает руку, у него вынимают кляп).

Насильно мил не будешь!

Ему опять затыкают рот.

ШПАК. Будешь! Шельменко, я тебе дам подкрепление. Потап!

Вбегает ПОТАП с ружьем.

ШЕЛЬМЕНКО. Я бы один справился.