Когда человек живет одной лишь мечтой, он становится уязвимым, потому что когда у него забирают его мечту, у него забирают и весь смысл жизни, а без него, какой толк что–либо делать? Джен даже не удивился, когда им позволили вернуться в академию. Он лишь подумал, что это был вполне логичный ход, ведь как потом объяснить Ковену исчезновение десяти студентов. Вернувшись из практики, Джен чувствовал себя живым мертвецом, вынужденным существовать против своей воли и разлагаться при функционирующей нервной системе, которая никак не притупляла эту всепоглощающую душевную боль. Теперь большую часть времени альфа сидел в своей комнате и почти не появлялся за ее пределами. Вначале он не мог поверить, что подобная вещь могла произойти с ним. Как же так… ну, как же так? Ведь он так много работал, столько усилий вложил, чтобы попасть в Академию, чтобы быть лучшим. Почему именно с ним должно было произойти все это? Джен злился, когда думал о том, как несправедливо с ним поступили Боги и Судьба, поэтому, когда он все-таки выбирался из своей комнаты и ходил на лекции, он не мог скрыть своего презрения и ненависти по отношению к тем, кто учился спустя рукава. Он не мог понять, почему будущее было у тех, кто не желал его.
Потом, решив, что он ни за что не сдастся, Джен заперся в свей комнате и пытался самостоятельно снять с себя заклятье, наложенное на него профессором, но любые его попытки терпели неудачу. Он все силы и знания бросил на то, чтобы разгадать код переплетений, найти питающие потоки и переходные мосты, но его проклятье, его печать так и осталось на месте. Дошло даже до того, что к нему явился профессор и Приказал прекратить попытки, лишив юношу последней надежды на избавление от этого кошмара. С того момента Джен больше не покидал стен комнаты. Просто не мог. Днями он лежал на кровати и не находил в себе силы даже на то, чтобы просто встать и дойти до окна, не говоря уже про столовую или занятия. Он не видел смысл что-либо делать, потому что любые его старания все равно будут обречены на провал. Наступит время, когда менор призовет его на службу и ему придется бросить все и откликнуться на этот зов, а потому, зачем что-либо делать? Так продолжалось до тех пор, пока однажды он чуть не умер. Звучит странно и несколько неожиданно… да так оно и было на самом деле, поэтому Джен даже надолго замер, не понимая, что произошло. Просто в какой-то момент мимо его левого глаза просвистел осколок стекла и с хрустом раскрошился о каменную стену его комнаты.
Оказалась, что на его столе взорвалась колба, в которой началась реакция с выделением газа, которая просто разорвала сосуд и разметала его по комнате. А ведь, если бы еще сантиметром правее и осколок влетел бы ему прямо в глаз и убил его на месте, ведь маг даже не успел понять, что произошло. Он бы просто замертво упал на пол и его душа ушла бы в чертоги Похьелы, оставив на земле все проблемы, боль и смятение… В момент осознания маг засмеялся. И вправду, когда он умрет, все будет бессмысленно, потому что он все равно не заберет с собой ни свои знания, ни груз своих деяний, ведь жизнь существует отдельно от смерти и между ними есть четкая грань и различия. Служение менору он расценивал, как смерть, а потому, какая разница, что будет после, если сейчас он упускает шанс получить все то, что он хотел. Пусть теперь срок в разы сократился, но он все еще мог наслаждаться жизнью и получать от нее максимум. Как другие люди не знают, когда умрут, он не знал, когда его призовут, а значит, до этого момента стоит каждый день проживать с пользой и удовольствием. Он вернулся к обучению, не без труда вернул себе статус лучшего и даже записался на фронт, чтобы напоследок принести пользу Империи. Так он стал самим собой – спокойным размеренным и пофигистичным человеком, и это ему нравилось. Ему дали достаточно времени, чтобы обзавестись хорошими друзьями, стать специалистом эльфийской философии, побывать в разных частях Империи, достичь уровня Мастера и доучиться до кандидата в Магистры, а потому он думал, что когда его призовут, ему не будет так тяжело, но Джен ошибался.
