- Да уж, - пробасил альфа и невольно кинул взгляд на Рогана, который потупил взгляд. Ему стало неловко из-за слов молодого воина, но он старался не подавать вида. – Только праздник вряд ли удастся устроить. Чувствую своим шрамом, что не успеем дух перевести, как нас пошлют куда-нибудь на фронт, да куда погорячее!
- Вечно ты каркаешь, Дэнар, - заворчал подошедший лучник, которого альфа до этого отправил устраивать лошадей в стоила. Вначале Роган удивился тому, с какой прытью лучник пошел выполнять поручение без споров и ворчания, но потом решил, что омега просто не особо горел желанием ворочать тяжелые мешки. – Шрамы не только у тебя имеются, но только твой предсказывает будущее. Не находишь это странным?
- Нисколько, - пожал плечами воин. – Ведь он никогда не врет.
- Мастер Дэнар, а как вы его получили? – спросил кто-то из воинов, и остальные тут же подхватили его вопрос. – Расскажите нам! Просим!
- Ну, - смущенно ответил здоровяк. – Случилось это на втором году службы, когда я еще в Северном гарнизоне был. Мы тогда первыми встретились с авари, и от одного из них я шрам и получил на память. Он полоснул меня мечом по боку, броню как масло разрезал, даже кольчуга не помогла со стегой.
- Как такое возможно? – удивленно спросил кто-то из воинов, и Роган мысленно вздохнул. Уж кто-кто, а он знал, на что были способны авари.
- Сила у них немереная, - ответил Дэнар, осторожно поглядывая на Рогана. Альфа старался как можно осторожнее подбирать слова, но омега все равно становился все мрачнее и мрачнее. – И дерутся они на пределах своих сил, не жалея ни себя, ни врага. Такие не то, что броню – шкуру дракона разрубить могут и не поморщатся.
- Чудовища, - произнес молодой воин, стоящий впереди Рогана. Омега поднял на альфу испуганные глаза и на мгновение замер, чувствуя неприятный укол обиды. Конечно, воины Империи знать ничего не знали про авари, про то, что их заставляли убивать, но от этого легче не становилось. Только боль в груди становилась все ощутимее и ощутимее…
- Чудовища те, кто заставляет авари творить такое, - отозвался Кальн, заставив Рогана перевести на него удивленный взгляд. Он и не ожидал, что лучник станет защищать его, не ожидал этого и Дэнар, который даже чуть не пропустил передачу. – Авари лишь делают то, что им говорят и не могут возразить, а потому винить нужно колдунов. На них лежит вся грязь и весь ужас поступков, поэтому не забывайте про это и не облегчайте вину Мятежников, перекладывая их грехи на плечи других.
- Да, Мастер Кальн, - кивнул молодой воин.
Роган отвернулся, чувствуя абсолютную растерянность. С чего бы Кальну, который больше остальных членов группы ненавидел его, вступаться? Да и повода особого не было, ведь никто из воинов не знает об истинной сущности и не обращался напрямую к нему. Омега окончательно растерялся, когда не смог найти ответа не свои вопросы. Тем не менее, ему почему-то хотелось как-то отблагодарить Кальна, который, не считая Орланда, единственный кто поддержал его и понял, пусть и в довольно своеобразной манере. Может, он и не хотел ему помогать, но сейчас подобные слова стали для Рогана словно глотком свежего воздуха. Омега осторожно посмотрел в сторону лучника, обдумывая то, как следовало отблагодарить воина и что сказать при этом. Слишком давно Роган нормально не разговаривал с людьми и уже слабо понимал, как он должен был себя вести.
- Ну и славненько, - сухо отозвался лучник, который взял в руки один из мешков и понес его в сторону общей кучи. В этот момент что-то ёкнуло внутри омеги, который с беспокойством посмотрел на лучника, не зная, как поступить. Не будет ли с его стороны дерзостью вмешаться и остановить Кальна, который, кажется, не все знал о себе? Ведь не мог омега быть таким легкомысленным и самоуверенным, в конце же концов. Роган проследил взглядом за Кальном, который отнес мешок к общей куче, но когда тот потянулся к большому ящику, омега не выдержал.
- Нет! – неожиданно для себя вскрикнул он, заставив всех вокруг остановиться и с интересом посмотреть в его сторону. Когда Роган осознал, что сделал, было уже поздно отступать, поэтому он, покраснев до кончиков ушей, опустил голову и, извиняясь чуть ли не шепотом, покинул строй вереницы, направившись в сторону Кальна.
