В следующий момент путы исчезли, и Роган резко вскочил на ноги и обернулся, но, к его удивлению, Джена нигде не было, а остальные люди стояли, и растерянно переглядывались. Роган посмотрел на Орланда, но тот лишь пожал плечами и указал в сторону магов, которые стояли и с удивлением смотрели в сторону Корнуция. Сам Магистр весь покраснел от гнева и был похож на разбуженного зимой дракона.
- Да чтоб тебя Похьела покарал! – закричал Магистр и смачно плюнул на пол.
Это событие серьезно растормошило замок и заставило всех его обитателей проснуться задолго до рассвета. Менее, чем через час, Император устроил собрание, на котором присутствовали самые доверенные лица. Помимо некоторых Министров, там был и Орланд, и Корнуций и даже Роган, который никак не ожидал подобного приглашения. Был тут и полковник Эйрик, который бледной тенью стоял за спиной отца и не участвовал в разговоре. Магистр Александр, которого не посвящали в план поимки Джена, рвал и метал, посылая проклятья в сторону Корнуция, но тот не боялся отвечать тому вслед. В результате двое самых могущественных людей Империи около получаса обвиняли друг друга во всех смертных грехах, и лишь после перешли к главным вопросам, на которые, к сожалению, никто не знал ответа. Где авари нашел столько энергии, как смог ею воспользоваться, а главное, как он смог телепортироваться? Конечно, ограничения на телепортацию никто не выставлял, но только потому, что без соответствующей пентаграммы совершить подобное было просто невозможно. Да и сам факт того, что Джен оказался авари, не мог оставить равнодушным. Император был обеспокоен этим, но Корнуций заверил его, что теперь он знал, как прощупывать людей и определять, кто из них был авари. Таким образом, помимо главного исследования, Магистр должен был в срочном порядке проверить большую часть замка на предмет изменников и, в случае обнаружения, использовать их в качестве подопытных. Но, при этом приказ для Орланда и Рогана остался прежним – их отправляли в горячие точки на восток Империи, чтобы отлавливать авари, а главное, помочь армии Альянса остановить вторжение колдунов.
Пока шли разбирательства и разбор полетов, Кальну было далеко не до судьбы Империи. Его не интересовало, чем закончится совет, какие приказы отдаст Александр. Больше всего он хотел, чтобы Дэнар открыл глаза и перестал быть таким мертвенно бледным. Омега знал, что маги подоспели вовремя, что они остановили кровь, да и в лазарет альфа попал за максимально короткий срок, но это нисколько не успокаивало упрямого Кальна. До тех пор, пока Дэнар сам не скажет ему, что все хорошо, он будет сидеть рядом и ждать, когда тот очнется. Время шло, Кальн слышал, как из коридора доносился плач тех, кто пришел забрать тела своих родственников и голоса тех, кто искал раненных. Он не знал, сколько времени прошло. В комнате витал терпкий аромат лечебных трав, пропитал насквозь не только комнату, но и одежду лучника. Он был ему противен. А еще, каждый раз, когда омега уходил в себя, он видел тот момент, когда авари занес меч и отрубил руку Дэнара, а потом занес клинок и чуть не лишил его возлюбленного жизни. Если бы не Роган, который спрыгнул с балкона и метнулся в сторону дравшихся, Дэнара наверняка не было в живых… В голове пронеслась растерянная мысль о том, что нужно было поблагодарить омегу… А, ведь, они думали, что могут сражаться и быть объективными... Влюбленные романтики. Когда кошмар стал реальностью, Кальн понял, что говоря о том, что он не сможет жить без альфы, были не просто влюбленным трепом, а самой настоящей правдой.
Глядя на раненого здоровяка, Кальн вздрогнул, когда осознал, что тот больше никогда не сможет держать меч и участвовать в боях. В каком-то смысле Дэнар умер, но как воин, а не как человек.
Веки альфы дрогнули, и в следующий момент Дэнара открыл глаза. Его взгляд сонно обшарил светлую комнату и остановился на бледном Кальне, который боялся даже дышать.
- Эй, - почему-то хрипло отозвался Дэнар. Прочистив горло он повторил: – Эй?
В этот момент слезы, которые до этого момента словно застыли где-то в глубине души омеги, нашли путь наружу - крупные слезинки градом потекли по щекам. А, ведь, он едва не лишился его сегодня и последнее воспоминание, связанное с Дэнаром, была бы их ссора. Почему-то от осознания последнего стало еще больнее. Только сейчас, когда альфа проснулся, весь сдерживаемый шоком страх вырвался на свободу и начал терзать омегу. Тем временем Дэнар попытался сесть, но омега остановил его.
- Лежи, - грубым ломаным голосом произнес Кальн.
- А ты перестанешь плакать?
- Не перестану, - упрямо ответил тот и громко всхлипнул.
