Омега сглотнул и нервно дернул головой. Его рука дрожала, а скрюченные тонкие пальцы, казалось, причиняли ему боль и так и норовили сломаться под тяжестью такой могущественной магии. Мысленно Ходер вел отсчет, и все время поглядывал в сторону магов, которые бегом неслись к амулетам. Да, он и не думал, что настанут времена, когда он будет жалеть о размере стены. Сейчас она казалась огромной, а слабые маги, обессиленные от постоянных атак, словно нарочно шли медленнее, растягивая минуты и возлагая на плечи своего Магистра непосильную задачу. Ходер мотнул головой, понимая, что эти фантомы никак не помогут ни ему, ни Ирии. Муж начал дрожать и рвано вздохнул, когда особо крупный снаряд впился в магический щит омеги и остановился, поэтому Ходер только крепче прижал его к себе. Злость за непослушание граничила с острым желанием защитить, но альфа понимал, что сейчас его поддержка для мужа была вопросом жизни, а потому он начал нашептывать Ирии все, что приходило на ум:
- Ты молодец, еще немножко осталось, - мягко говорил он и хмыкнул, когда еще несколько снарядов попали в магические сети. Один из булыжников привлек его внимание, заставив нервно посмеяться: - Посмотри на тот камень. Нет, ну это просто вылитый твой дядюшка Хошида! Такой же круглый, грубый и тупой… - Ходер покачал головой, и улыбнулся. - Ладно, не обижайся, я же обещал не ругаться с ним. Вот как только выберемся отсюда, покажем этим колдунам, кто такие жители Восточной провинции, и домой рванем… Тише, родной, успокойся.
Ирия затрясся сильнее, чем обычно, и Ходер почувствовал, как тот весь напрягся. Рука ходила ходуном, поэтому альфа взялся за предплечье омеги, пытаясь хоть как-то помочь ему удержать всю силу. Черт, и дернуло же этого самовольного упрямца приехать сюда, да еще и настаивать на том, чтобы участвовать в боях! Дернуло же Ходера разрешить ему это сделать? Если с Ирией что-то случится, он никогда не простит себе этого, потому что, как бы Магистр не был благодарен мужу за поддержку, такой ценой она не была ему нужна. Большая часть магов заняла свои места, дело оставалось за малым, но даже это малое могло быть чем-то непосильным. Количество снарядов увеличилось, и теперь часть из них опасно заплывала к стене, угрожая в любой момент рухнуть на его защитников – Ирия с трудом контролировал их положение и каждый новый снаряд вырывал у него всхлипы. Слышать их было страшно. Каждый болезненный звук отзывался болью в груди Ходера, но он старался отвлечься и продолжал нести всякий легкий бред, думая о том, что Ирия наверняка потом не вспомнит и половины:
- Вот рванем домой и, черт с тобой, устроим одно из твоих любимых чаепитий. Пригласим соседей, можно даже дядюшку твоего прекрасного, - ответил он и засмеялся. – Он опять будет говорить, что для такого ученного омеги такой тупой вояка как я не пара, а я скажу ему, что с таким отношением к жизни он никогда не выйдет замуж. Конечно, ты меня прибьешь за это, но, поверь, мой ответ может быть куда хуже, - нежно произнес он. Краем глаза альфа заметил, каr камни задрожали и поплыли обратно за границу, поэтому Ходер продолжил: - А когда весь этот бред закончится, я уведу тебя в нашу прекрасную спальню с постельным бельем из Кала-Азарского шелка и наверстаю все то, что мы пропустили с этой глупой войной, - с этими словами он провел носом по виску омеги и мягко коснулся губами взопревшей кожи. – И буду вдавливать тебя в кровать до тех пор, пока встать не сможешь, и уж точно не пойдешь искать приключения на свой очаровательный зад. А еще, если боги будут к нам благосклонны, то подарят нам детей.
Ирия резко вздохнул и встрепенулся, словно до него дошел весь смысл сказанных слов. Медленно он поднял вторую руку и, спустя мгновение, стройный хор камней завис перед стеной, никак не угрожая ее защитникам. Маг начал глубоко дышать, а Ходер положил руку на его живот и продолжил его подбадривать:
- Вот да, да, умничка. Мы обязательно победим, а потом у нас появятся очаровательные наследники, ты только потерпи немножко, осталось два амулета и можешь отпускать, - продолжал он уговаривать омегу. Пальцы водили странные узоры по тыльной стороне предплечья, и Ходер знал, что Ирию всегда это успокаивало. В какой-то момент ему стало смешно: вокруг творился абсолютный хаос, муж был в смертельной опасности, да и судьба всего форта была на волоске от провала, а он представлял такие глупые вещи, совсем не подходящие альфе. И все же образ счастливого глубоко беременного Ирии успокаивал, давал силы и желание выиграть и уничтожить любого, кто встанет на пути. – Переберемся к нашему дому у моря, там и родишь. Будешь весь такой круглый ходить по пляжу в легких одеждах, кушать фрукты и следить, чтобы поливали мои любимые пальмы. Ты знаешь, я их очень люблю. Не так сильно, как тебя, но все же… А вот и все маги на местах, так что… отпускай!
