После обострения отношений между двумя частями Новой России, произошедшего пять лет назад, ситуация существенно улучшилась. Особенно — когда многие добровольцы из Москвы приняли участие в обороне Берегового от чеченских боевиков: боевое братство и личные отношения всегда значат больше, чем усилия правителей. За редчайшими исключениями. Поэтому колонны Протектората Русской Армии в Московском Протекторате воспринимались фактически как свои.
Галанова, руководствующаяся староземельскими стереотипами, долго расспрашивала меня о том, что представляет собой здешняя Москва, и мой рассказ явно её разочаровал. Особенно — про деревянный Кремль.
— Нет, оно, конечно, прикольно. Типа под старину. Но... несерьёзно.
После Москва-реки дорога пошла по предгорьям Скалистых гор, где было на что полюбоваться. Так что и мы, и Иришка больше не скучали от степного однообразия. Другой разговор, что восьмидесятисильному двигателю «Витары», ещё и дефорсированному тестем ради того, чтобы мотор нормально переносил низкокачественный бензин местного производства, приходилось намного больше напрягаться на подъёмах, чем дизелю моего «Дефендера». Гораздо чаще приходилось втыкать более низкую передачу, а значит — на остановках чаще доливать топливо из канистр, взятых про запас. Но это уже был последний перегон до Демидовска, конечного пункта движения нашей колонны.
Гостиницу разыскивать не пришлось: за те несколько дней, что наша компания провела в городе во время недавнего путешествия по Новой Земле, я успел неплохо познакомиться с городком, и теперь, загнав «Уралы» на охраняемую стоянку, смело направил колёса «сузучки» в уже известный мне отель. Это был крупный по новоземельским меркам город, и мы уже не теснились втроём в одном номере. Галановы заселились в двухместный, а я взял одноместный.
— Коль, а разве мы не завтра едем дальше? — удивилась Светка, когда я переговорил с портье и забрал ключи от комнат.
— А ты уже по дороге соскучилась?
— Скорее, затрахалась ехать, — тихонько, чтобы не слышал ребёнок, пояснила она. — Наконец-то до места добраться хочу!
— Без остатков своего груза? Свет, завтра воскресенье, а здесь трудовой кодекс чтут. Хоть я и не уверен, что он тут законодательно оформлен. Нам нужно будет и о доставке своих шмоток договориться, и машины сдать заказчику. Да и кое-какие вопросы порешать надо. Кстати, вместе с тобой этим будем заниматься. Считай, что послезавтра у тебя — первый рабочий день в новой должности.
— Здравствуйте, Владимир Игнатьевич. Николай Колесов, если помните такого.
— Ну, здравствуй, Колесов. Помню, помню! Не за каждого встречного-поперечного сам Демидов мазу тянет! Как мне доложили, свою часть договора ты выполнил: деньги за заказанное оборудование перечислил. В течение двух недель оно уже прибудет в Береговой. Мы, как видишь, тоже часть своих обязательств выполнили. Строительство производственных помещений идёт, коммуникации подводим. В первой декаде шестого месяца в одном из цехов можно будет начинать монтаж станков. Ты это хотел узнать?
— Не только. Сначала хочу представить своего управляющего: Галанова Светлана. Несколько лет управляла одной из моих фирм на Старой Земле, теперь я решился ей доверить свои проекты в Береговом. Включая контроль за строительством судна.
Аверьянов поморщился. Всё-таки неприятно ему было, что из-за меня Демидов нарушил его планы, касающиеся загрузки верфей в Береговом, но съязвил он с относительно добродушным выражением лица:
— Такая же наглая, как и ты?
— Ещё наглее, Владимир Игнатьевич! Она же не только спортсменка и красавица, но ещё и профессиональная комсомолка. Научена с высоким начальством производственные проблемы решать.
— Судя по тому, что у тебя работает, а не банком или, на худой конец, борделем руководит, из правильных комсомольских работниц! С мужем приехала или как?
— С дочерью восьми лет. Разведена...
Первый раз вижу краснеющую Светку!
— Ну, значит, найдём тебе жениха!.. Если что-то пойдёт не так с пуском производства или со снабжением, можешь кого угодно мной пугать, Светлана. Но учти: ко мне обращаться — только в самом крайнем случае, когда даже мой представитель, которого я тебе заместителем пришлю, проблему решить не сможет.
Аверьянов что-то записал в своём настольном календаре.
— Ещё вопросы?
— В счёт оплаты постройки судна я пригнал в Демидовск пять бортовых «Уралов», гружённых запчастями. С Райзманом цены и ассортимент согласованы. В одном из них — судовой дизель и кое-какой товар Светланы. Нужно решить вопрос передачи техники и запчастей, а также доставку двигателя и вещей в Береговой.
— Вот и решай! — фыркнул Аверьян, и снова что-то пометил в календаре. — Прапора какого-нибудь с водилами тебе из ППД завтра пришлют. С ним и договоришься об оплате. И движок на верфи примут.
— Ну, тогда у меня всё! — встал я и положил на стол хозяина кабинета увесистый полиэтиленовый пакет с чаем.
— А это ещё что?! — нахмурился Владимир Игнатьевич.
