– Что? – потребовала Пайпер. – Я не понимаю. Это что, космический корабль?
– Сделан не больше не меньше в Канзасе, – сказал Дин. Остававшийся невозмутимым Джон произнес:
– Да это силосорезка или по крайней мере ее половина. Обычная силосорезка.
Дин кивнул:
– Видите дым? Какого он цвета? Белый. Это значит, что горит что-то влажное или отсыревшее – сено или зерно. Поэтому я понял, что опасности нет.
– Силосорезка? Но откуда она взялась? – спросила Пайпер.
– Оттуда же, откуда грузовик.
– Ты что вправду думаешь, кто-то летает вокруг Чёрной Долины и разбрасывает горящие вещи с грузового самолета? – спросил Джон.
– Возможно. Они парили над бурей.
– Но это же абсурд, – заметил Кой.
– О! А корабль не абсурд? – напал Джерри.
– Продолжай, док. Закончи свою мысль.
Но Пайпер готова была поклясться, что Дин не мог этого сделать. Как будто проигрывая партию шахмат в голове, он даже на предельной концентрации столкнулся с чрезвычайно сложной задачей.
– Ты сказал: возможно. Это звучит неубедительно.
– Мне не удалось осмотреть обломки грузовика, но если он похож на это… Я не уверен, – Дин закусил нижнюю губу. – Если представить, что самолет находился достаточно высоко и буря его не задела… Но факт, что оба предмета, грузовик и силосорезка, горели…
– И что? – подначивала Пайпер.
– Никаких признаков горючей смеси. Ничто не указывает на катализатор. Здесь что-то другое. Но это был необычный огонь.
Радио Джона заквакало. Он ответил, потом кивнул остальным:
– Возвращаемся в участок. Вертолет приближается.
Следующие пять минут Дин провел, проводя измерения и делая отметки. Потом он попросил, чтобы его высадили у школы. Пайпер отправилась с Джоном в участок: ее внедорожник был припаркован у больницы. Шериф краем глаза изучал эту невысокую брюнетку. Она привлекала внимание, этакая сжатая пружина, готовая распрямиться в любое время.
Джон решил, что Пайпер могла узнать о пылающем грузовике только одним путем – она явно участвовала в заговоре. И при всем своем тяготении к логике, Дин не мог вычислить это, не мог противостоять мужским пристрастиям. Джон заметил: эти двое смотрели друг на друга, как две собаки в период течки.
Шериф поморщился.
– Вы в порядке? – спросила Пайпер.
Он почувствовал, как его щеки заливает краска, как будто его поймали за мастурбацией.
– Голова болит.
– Понятно.
Когда они приехали в департамент шерифа, вертолет «Сикорский» казался на горизонте монетой в двадцать пять центов. Джерри и Кой прошли в больницу, чтобы дать инструкции больничному персоналу и помочь подготовить тела к транспортировке. Джон остался около полицейской машины, держа шляпу в руке, как будто опасаясь, что воздушная волна при приземлении вертолета сорвет ее у него с головы.
Пайпер вошла в участок, чтобы привести себя в порядок, оставив Джона наедине с его собственными мыслями и в ожидании приближающегося вертолета. Больничная парковка служила единственным возможным местом посадки для огромной машины. По счастью, она не была заполнена.
Конечно, нет. Большинство в больнице уже покойники.
Нет. Неправда. Натан был где-то там, сходя с ума от беспокойства. Все же ему удалось выпустить прокламации для населения Черной Долины, где говорилось, что «из-за несчастных случаев на юге и ненастья на севере город временно оказался отрезанным от всего остального мира». Листовка предназначалась для успокоения жителей, которым «не о чем волноваться, потому что ситуация находится под контролем и проезд скоро будет открыт. Правительственные инженерные войска в настоящее время работают в ускоренном темпе, возводя временный мост через Вилламет вместо разрушенного».
Последнее заверение было весьма упреждающим сообщением. Но надежно успокаивающим.
«Сикорский» уже принял размеры детской коляски. В холодном неподвижном воздухе вибрировали его бешено вращавшиеся лопасти и мощный мотор. На фоне чернильно-черных облаков машина смотрелась ярким эффектным пятном, вклинившимся в черно-белую телепередачу.
Послушайте, шериф! Послушайте! Скажите им, чтобы повернули назад.
В ушах Джона гремели слова бродяги. Казалось, только в тот момент в незнакомце проснулся разум. Джон нерешительно переминался с ноги на ногу, потом опять сел в неостывший салон полицейского джипа.
Скажите полиции штата, чтобы повернули обратно! Оно уже почти здесь!
«Что? – подумал Джон, когда массивная машина заслонила собой уже почти полнеба. – Что уже почти здесь?»
Пайпер согнулась в три погибели. Ее руки и ноги так горели, как будто их пронзали тысячи раскаленных докрасна булавок. Рядом с ней стояла помощница Джона Мегги Дейн.
– Что с вами, дорогая? – спросила она.
Пайпер почувствовала удар без предупреждения. Она возвращалась из дамской комнаты, когда это началось. Это ощущение.
Тысячи мертвецов танцуют на моей могиле.
Пайпер заставила себя выпрямиться. Глаза затуманились слезами.
– Дорогая?
– Она в порядке? – спросил еще кто-то.
Пайпер пыталась поморгать, чтобы прогнать туман. Ее взгляд остановился на высоких окнах, из которых состояла почти вся северная часть здания.
– Оно приближается.
– Что, дорогая? Тебе нехорошо?
