- Религия - довольно свободная форма язычества. Одна на всех. Тут никаких внутренних разногласий. Национальный состав также крепок. Есть единая базовая народность хартурианцы от имени которых, и идет это государство, остальные мелкие слабые племена. Их мало, повстанцев из них не вырастить. Темный маг известен мало, его имя не имеет значения, он состоит в Темном Круге. Он лишенная индивидуальности марионетка жутких и всесильных хозяев. Наших основных врагов. Так что в виду сильных покровителей к нему тоже не прикопаться. Что делать с этим Хартуром, мы не знаем, - разведчик, признавая бессилие, отрицательно покачал головой.
- Давайте просто введем туда морпехов и уничтожим их всех нахер! - как бы пошутил командир корпуса морской пехоты. Главный морской пехотинец в условиях тоталпрайма (артэонского общества в котором Дух всем заранее определяет роли как в муравейнике) - солдат, рожденный или можно сказать созданный Духом для защиты своей страны. Видя в нем лидерские качества, невероятную силу духа, низкий интеллект и почти полное отсутствие фантазии, характеризующие его как отличного солдата, Дух заранее отобрал его для этой должности и дал ему соответствующее тело. Его рост заметно превышал два метра стандартные для армидейского солдата. Громила всегда упирающийся в потолок выделяющийся из остальных генералов, обладающий нечеловеческой силой. Будучи реэртоном (артэоном живущим в гармонии со злом) незнающий жалости, говорящий сиплым сорванным голосом, будто он всегда в Малдуруме, на людях как танк, всегда облаченный в броню.
- Как-нибудь обязательно введем, но не сегодня, - с улыбкой ответил генерал Персил. - Пока этот Хартур не представляет опасности его нужно оставить в покое. Ненужно ворошить осиный улей без причины.
- А, по-моему, нужно. И не только ворошить улей, но и при возможности уничтожать его обитателей, - категорично возразил Касмий. - Вы, что забыли, зачем мы здесь? Наша задача обеспечение безопасности Арвлады, только ради этого мы существуем. Мы должны на ранней стадии выявлять возможные источники опасности и при необходимости ликвидировать или ослаблять их - делать безопасными для нас. Иначе потом, когда они окрепнут, будет поздно и нашим солдатам опять придется умирать. Наша задача этого не допустить.
Мы должны ни на секунду не ослаблять контроль над Запериметрией. Преферия это наша территория. Мы уже хозяева здесь, - стуча по столу пальцем, с каменным лицом говорил Касмий. - И лишиться этого статуса в нашем случае значит быть уничтоженными. Государства людей на юге либо наши союзники и принадлежат нам, либо враги и должны лежать в руинах, существовать в условиях садистских диктатур и пожирать самих себя. Считаю необходимым вплотную заняться этим Хартуром. Приковать к нему пристальное внимание разведки, ввести наших агентов во все уровни власти.
Я хочу подробно знать, что за люди там живут, чем они дышат, что делают. Их быт, опора экономики, культура. Соберите мне полное досье на всех основных тамошних политических фигур. Кто они, откуда. Я хочу знать все. В любом случае у людей идеальных государств не бывает. Тщательно изучив их, мы в любом случае найдем, за что можно зацепиться, расшатать там ситуацию, заставить их рассориться друг с другом, позабыть о единстве и начать грызться как дикие псы. Гражданская война возможна в любом обществе, нужно только разглядеть причины. Ведь это люди: человек человеку волк, нам просто нужно найти способ им об этом напомнить.
Но сначала стандартная процедура: мы обязаны ради вежливости предложить им стать нашими марионетками... хм... союзниками, и отдаться нашей власти. Но раз уж Хартур существует под покровительством мага из Темного Круга, нашими союзниками они станут вряд ли. Поэтому нам стоит просто и вежливо предложить им остаться нейтральными и существовать в стороне от наших игр. С обязательным условием прекращения всех действий в направлении создания флота и наращивания армии. Нужно предложить им самим остановить свое развитие. И только если власти Хартура откажутся и изъявят желание пойти нам наперекор вот тогда мы должны их уничтожить. Засуха, голод, новая чума, да хоть прямое военное вторжение, мы не должны оставлять их в покое. Без нашего одобрения окрепнуть они не должны.
