Семья Джейсона, утащив с собой не желающего расставаться младшего брата, отправилась домой. Джейсон и Рурхан направились в парк, где их ожидали друзья. "Гуляйте, отдыхайте, но не забывайте, что мы ждем вас дома!" - вслед пояснила им мать Джейсона. Они побрели по городским улицам, украшенным летней зеленью. Впереди встреча с друзьями, нежность любимой, дома родственники ждут за накрытым столом. Джейсону хотелось прогулять до первых звезд, чтобы своими истинными глазами полюбоваться красотой ночных небес. Улыбающиеся прохожие, неспешно плывущие по улицам артэонской идиллии видя его военную форму, приветливо кланялись.
Рурхан моментально полностью оттаяв, шел самостоятельно, наравне с Джейсоном счастливо глядя на все вокруг. Глядя на друга Джейсон видел того Рурхана которого знал всегда, чтобы с ним не происходило это прошло или затаилось. Джейсон, пообещав себе разобраться в происходящем с другом, видя, что сейчас причин для опасений нет, просто поддался внутренней радости, позабыв обо всем.
В одном из диких парков проросших вокруг Шинитрансформаторов, в потоках ласкающего растительность излучения испускаемого питающей город зеленой энергией, возле лавочки, с проросшими сквозь бетон огромными соснами за спиной, в трепетном ожидании Фиалка не могла устоять не месте. Заботливые подруги перед встречей с любимым старательно наложили на нее яркий макияж, облачили в темно-синее под цвет глаз по-летнему короткое платье с блесточками. В темно-синие теперь безо всяких узоров волосы, вплели розовые ленты похожие на цветочные лепестки. Благодаря подругам сияющая красотой, раскрашенная как кукла, разодетая как принцесса она, глупо разволновавшись перед "такой важной встречей", стояла в стороне от друзей, в отличие от нее, как ни в чем не бывало сидящих на лавочке. И тут она увидела Рурхана. Расплывшись в улыбке, едва не потеряв сознание в виду своей эмоциональности, округлив свои бездонные горящие глаза, она, заливаясь звонким смехом, бросилась в объятия любимого. Повиснув на нем, принялась зацеловывать ему все лицо, оставляя следы от яркой помады. Он, прижимая ее к себе, щурясь от сыплющихся поцелуев этой ароматной как цветок глупышки, не мог сдержать смеха. Пришла очередь продолжительного поцелуя в губы, но она вдруг зависла, глядя на него своими синими глазами, как-то совсем по-другому на него посмотрев, совсем не радостно. Не дав ему поцеловать себя, сжала его лицо своей нежной ладонью и принялась лить слезы. "Почему тебя не было так долго?" - рыдая, с потекшим макияжем спустя секунды спрашивала она. Прижав к себе крепко и одновременно аккуратно эту глупую глупышку наслаждаясь ароматом ее волос, тихо гладя ее, успокаивая, внутри он ощутил пустоту. Он помнил дорогу в Страну Волка, родные заснеженные горы, а дальше провал, все как нечеткий сон, всплывали лишь незначительные обрывки, что-то происходило, но он не помнил что именно. Лишь чувство невероятной радости от встречи с любимой и какое-то глубинное ощущение говорили ему о том, что он отсутствовал приличное время. Испугавшись, он прижал ее к себе сильнее.
Вторгшись новым ароматом его, сбоку обняла Алекса. Накрасившая губы яркой красной помадой, по-летнему жаркая в привычном легком полупрозрачном платье, укрывшаяся под белым летним положенным плащом, приветствуя приобняв Рурхана, не мешая их воссоединению с Селиной, светлая красавица просто поцеловала его в щечку. Хьюго, все такой же внешне невзрачный осознанно запустивший внешний вид. Неухоженные волосы до плеч, демисезонный армидейский плащ, несмотря на жару, снизу что-то серо-черное, мешковатое и мятое. Даже сближение с Алексой никак не повлияло на внешний вид этого раздолбая. Улыбкой приветствуя Рурхана, он по-дружески похлопал его по плечу. "Ути маленькая моя!" - Алекса едва сдерживая смех, умилялась своей глупой расплакавшейся подруге, ласково приглаживая ее волосы. "Все Селиночка успокойся, он больше никуда не уйдет", - с улыбкой также успокаивал ее Хьюго. Она, тихонечко всхлипывая, прижалась к Рурхану, боясь его отпустить.
