Джин был уверен, что снова пришел их неугомонный сосед, однако для верности все равно посмотрел в глазок. Убедившись, что так оно и есть, он открыл замок и шагнул на порог.
– Тебе сколько…
Рывок влево, и Вахид полетел вниз по лестнице, заметив боковым зрением, как стоявшие вдоль стены один за другим бойцы в черных комбинезонах и сферах устремились в квартиру. Дальше была мягкая, обволакивающая вспышка. Падения он не чувствовал, но сознание не пропадало. Оно как бы спряталось в потаенные уголки мозга и укуталось темнотой. Он слышал свои мысли, словно кто-то его голосом рассуждает о случившемся.
Как же он сразу не догадался! Обыкновенная импровизация. Наверняка приходивший к нему мужичок вовсе не сосед, а сотрудник спецслужб. Бандиты давно научены и, находясь в розыске, ни за что не откроют дверь сантехнику, газовщику, кричащему о потопе соседу или представителю домоуправления. Ставка делалась на то, чтобы притупить бдительность и вывести из себя находящихся в квартире людей. Наверняка те, кто осуществлял подготовку к захвату, были уверены: чтобы избежать лишнего шума, террористы попросту дадут бедолаге на бутылку.
– Ну, ты, Степаныч, даешь! – прорвался сквозь пелену незнакомый голос. – Тебе в кино сниматься!
Джин открыл глаза. Как оказалось, его уже спустили по лестнице и положили лицом вниз на асфальт прямо у подъезда. Руки были скованы за спиной наручниками. Плечи ломило. Рядом стоял громила в серой камуфлированной форме и черной шапочке. Напротив него, скромно улыбаясь, надевал на себя куртку майора милиции принятый за соседа-алкаша мужчина.
«Вот это прокол!» – с досадой подумал Джин.
Почти одновременно сзади раздался звук приближающейся машины. Скрипнули тормоза. Джина подхватили и поставили на ноги. Он с шумом втянул в себя воздух, пытаясь не вскрикнуть от боли. На затылок надавили так, что он ничего не мог видеть, кроме своих ног. Двое сотрудников в униформе почти бегом довели его до микроавтобуса и втолкнули внутрь. В салоне горел тусклый свет. Впереди и сзади сидели люди в масках. Его бросили на колени на пол, а лицом заставили прижаться к подушке пассажирского сиденья. Он отчетливо слышал, как следом впихнули Шамана и Стропу.
– Хорошо сработали, – раздался голос снаружи.
– Не первый раз, – ответил другой.
– Это как посмотреть, такую рыбу без единого выстрела…
– Совершенствуемся…
– Участковый – молодец, – вступил в разговор кто-то третий. – Только от патрульных сигнал поступил, он уже адрес назвал, где предположительно эти хмыри устроились.
– Адресов было несколько, – уточнил кто-то. – На всех кавказцы. Опера пробежали по соседям, показали фотографии, а дальше – дело техники.
Джин сокрушенно вздохнул. Как он и предполагал, стоит пройти информации об оказавших сопротивление сотрудникам милиции чеченцах, как все встанут на уши. Скорее еще раньше жильцы проинформировали участкового о поселившихся в доме кавказцах. Тот взял это на заметку. Потом лишь оставалось проверить. Теперь он понял, что они перегнули палку, использовав паспорта бандитов.
– Говорил, квартиру менять надо, – раздался сбоку голос Стропы. Почти сразу послышался звук оплеухи и окрик:
– Рыло в сиденье, и рот закрой!
Кто-то подошел к дверям:
– Что, заворковали?
– Пытались…
Двери захлопнулись, и через минуту микроавтобус тронулся.
– На всех направлениях полный провал! – Родимов вышел из-за стола, заложил руки за спину и подошел к выстроившимся вдоль стены спецназовцам.
В кабинете воцарилась гнетущая тишина. Между тем генерал привстал на цыпочки, потом двинул вдоль шеренги. Дойдя до конца, резко развернулся через левое плечо, сделал несколько шагов и встал напротив Дрона. Вытянувшийся в струнку майор словно превратился в изваяние. Задрав подбородок и, не мигая, глядя поверх головы генерала, он чем-то напоминал часового у мавзолея Ленина.
Играя желваками, Родимов некоторое время снизу вверх рассматривал подчиненного. Антон поежился. Так смотрит на беззащитную, загнанную в угол жертву хищник. Он долго выслеживал ее, крался, надолго замирал, потом преследовал. И вот все позади. Теперь надо обстоятельно подумать, с какой части тела приступить к трапезе. Еще немного – и раздастся хруст раздираемой плоти, а в воздухе повиснет запах крови.
Однако генерал решил перенести свой гнев на командира группы.
Он развернулся к Филиппову.
– Как это понимать?!
Антон развел руками.
– Товарищ генерал…
– На моей памяти такого еще не было! – Родимов хлопнул себя по бокам ладонями. – Где материалы служебного расследования?
– Здесь. – Антон подвинул папку на середину стола. – Объяснительные, рапорт…
– Дорофеева отстранить от выполнения служебных обязанностей и подготовить документы на перевод в войска! – Он вновь посмотрел на Дрона испепеляющим взглядом. – Командиром взвода в пехоту пойдешь, майор! А вообще в цирк тебе давно надо, клоуном!
Василий побледнел.
– Товарищ…
– Чего?! – протянул Родимов. – Тамбовский волк тебе товарищ!
