Второй раз Полищуку повторять было не надо. Сжав губы, он отошел в сторону. Когда Порогов уже собрался идти в номер, к его импровизированному столу подошли Гордеев с Романовой и сказали, что с ним хочет познакомиться сенатор от штата Аляска, потомок генерала Барклая де Толли, владелец золотых приисков и соучредитель компании «Северовостокзолото» Рон де Толли. Николай увидел примерно одного с ним возраста мужчину, на голове у того была черная с желтой окантовкой военная пилотка, грубоватое, совсем неаристократическое лицо. Встреть он такого где-нибудь в Киренске, и вполне мог предположить, что это пришедший на торжественное собрание и одетый по такому случаю в цивильный костюм рабочий леспромхоза.
Романова перевела, что Рон де Толли рад, что в составе делегации есть русский летчик и сенатор, и приглашает господина Порогова полетать на его частном самолете.
— Если вы согласны, то он даст нужное распоряжение, и утром можно будет выехать в аэропорт, — сказала она.
— Это сын того Толли, с которым я познакомился во время войны, — сказал Гордеев. — Я ему передал фотографию отца, он был растроган.
Порогов заметил, что чем дольше живешь, тем чаще оборачиваешься назад, точно входишь в темный чулан и, подсвечивая фонариком, рассматриваешь старые, давно оставленные вещи: авось что-то сгодится и в нынешней жизни. Погрузившись в свои аляскинские воспоминания, он, как сквозь сон, слышал обрывки долетающих до него дачных разговоров, иногда мелькали знакомые города, фамилии летчиков.
— Я говорил Плучеку и Полищуку, что американцам не Москва нужна, а Сибирь, — доносился до него голос Мартынова. — Полеты из Чикаго в Юго-Восточную Азию. Промежуточная посадка. Я им втолковывал: ребята, найдите специалиста, заплатите ему. Нужно все просчитать. Новосибирск, Красноярск или Иркутск. Предпочтительно Иркутск. Там рядом Байкал. Вот увидите, американцы клюнут. А мы им поможем… Но они заладили: у нас, мол, уже есть Бонд…
— Ольга Филимоновна, вы меня уж извините, — выйдя на банное крылечко, напомнил о себе Порогов. — Бревна перепилены. Баня топится. Мне пора возвращаться.
— А чего вы торопитесь? — сказала Ольга. — День хороший, могли бы еще посидеть. Завтра выходной. И после такой работы в баньке можно попариться.
— Да нет, у вас свои дела, у меня — свои.
— Воля ваша. Только я еще с вами должна рассчитаться.
— С этим можно и подождать, — сказал Николай. — Вы еще, надеюсь, придете на футбол?
— Конечно, приду. Вы подождите минутку. Я же обещала вас отвезти обратно.
Ольга ушла за чем-то в дом, Николай уложил в мешок бензопилу.
— Мужики, вы меня извините, но только Иркутск можете выбросить сразу же, — сказал он Мартынову. — Полоса там короткая, рядом с городом. Самолет с полной коммерческой загрузкой не взлетит. Кроссполярный маршрут сокращает время в пути на шесть часов. Это огромный плюс. Можно брать больше груза и меньше топлива. То, к чему стремится каждая авиакомпания. Но короткая полоса не позволит сделать это.
— О, да вы, господин поручик, я вижу, не только бензопилой можете, — удивленно протянул Александр. — Откуда такие познания?
— В отличие от классика, я всю жизнь был наемным рабочим, — засмеялся Порогов. — Но после школы по неосторожности окончил летное училище. И по недоразумению отлетал командиром корабля двадцать пять лет. Облетел весь Союз, бывал и на Аляске.
— А сейчас такой человек, с таким опытом в парке с ребятишками мяч гоняет! — воскликнула подошедшая Ольга.
— Спасибо за комплимент, — сказал Порогов. — В свое время я пытался рассуждать, что буду делать, когда дверь в кабину пилотов будет захлопнута. Глядел на тех, кто переступил эту черту, и понимал — в сторожа.
— Кто знает, вы, может быть, еще и переодетый агент ЦРУ, — пошутил Мартынов, — который специально попал в зону, чтобы узнать все наши секреты.
— Может быть.
— Действительно, чего вы торопитесь, — неожиданно сказал светловолосый, с холеным лицом мужчина. — Рассказали бы о себе, о своей работе. Сегодня мы здесь у Оли организовали выездное заседание нашего штаба. Делаем мозговую атаку. Высказываем разные, в том числе и на первый взгляд бредовые, идеи. Кроссполярные перелеты, экспедиции, поставки по ленд-лизу.
— Может, мне своей пилой для наглядности выпилить вам глобус, — пошутил Николай. — А заодно пару самолетов. Чтоб уж летать так летать! Хотя бы пока на деревянных.
— Если можно, называйте меня Ольгой. Мне так удобнее, — поглядывая на Порогова, сказала она, когда они выехали на трассу.
— Как скажете.
