– Только если быстро.
– Я мигом!
В округе было подозрительно тихо. Нигде, ни души. Я почувствовала неладное, но практически сразу выбросила эти панические мысли из головы и смело пошла дальше.
Моё лицо вновь исказилось недовольством, когда увидела на двери большую табличку «закрыто». Для верности подёргала дверь и постучала, но четно.
Делать было нечего. В полном замешательстве я собиралась уходить, но услышав отдалённые голоса, резко обернулась.
На меня двигалась большая группа людей с мегафонами и самодельными плакатами.
Остановившись в нескольких метрах от здания аэропорта, они развернули активную деятельность. Подняли плакаты, включили мегафоны и во весь голос стали скандировать:
– Отдайте долги! Бесплатно работать не будем!
Каким-то невообразимым образом я оказалась в самой гуще этих событий и никак не могла из них выбраться. Меня обступили плотным кольцом. Палящий зной, мелькающие перед глазами незнакомые лица и кошмарный шум сводили с ума. Голова готова была взорваться.
В какой-то момент к крикам толпы примешался ещё один знакомый звук. Прислушавшись, я различила вой полицейской сирены.
Заехал на стоянку чёрный седан с мигалкой на крыше. Следом подъехал автобус. Как по команде из него выбежали бойцы ОМОНа и скрутили всех бастующих. При этом не забыли прихватить и меня. На мои заверения, что я тут не причём, они не реагировали. Таксиста, как ветром сдуло.
Так я угодила в тюремную камеру. Голые тёмно-серые стены, заплесневевший потолок, под ним маленькое окошко с решёткой и одна единственная железная лавка. Со мной туда поместили ещё человек десять. Некоторые из них сидели тихо и не привлекали особого внимания. Другие же вели себя крайне агрессивно. Возмущались, ругались матом, толкались и требовали их выпустить. Я, пока относилась к первым. Сесть было негде, поэтому стояла прижавшись спиной к прохладной стене и пыталась придумать, как поскорей выбраться оттуда.
Неожиданно один из дебоширов повернулся ко мне, шепнул что-то своему приятелю, и они тяжёлой артиллерией двинулись на меня.
– Ты, кто такая? – опасно прищурился лысый сокамерник.
Рассеянно поморгав, я пробормотала:
– Кристина…
– Что-то я тебя раньше не видел, Кристина. Не ты ли нас сдала?
Я покачала головой.
– Нет, конечно!
Он, словно острым лезвием прошёлся по мне взглядом, подался вперёд и прошипел:
– Не дай бог узнаю, что соврала. Убью!
Я чувствовала себя героиней остросюжетного боевика. По сценарию которого, меня непременно должен был спасти красавчик супермэн. Только, к сожалению, это было не кино, а суровая реальность, и надеяться опять было не на кого.
Через какое-то время я опустилась на каменный давно не мытый пол, обняла себя за плечи и закрыла глаза. Напрягла воображение и попыталась представить, что весь этот кошмар происходит не со мной.
Не знаю, сколько так просидела, окружив себя куполом тишины и, погрузившись в медитативное состояние. Занятия йогой, которые я посещала во время беременности не прошли даром.
В действительность вернул противный скрежет ключа в замке железной двери. Вошёл невысокий темнокожий охранник и, пошарив взглядом, дежурным тоном проговорил:
– Миссис Шрайк, попрошу на выход.
Я машинально встала и пошла, чувствуя молнии негодования летящие мне вслед. На пропускном пункте передо мной сильно извинялись, вернули конфискованные вещи и великодушно проводили дальше. Мне не терпелось поскорей избавиться от всего, что было связано с этим чудовищным местом.
Буквально выбежав на улицу, первое, что я увидела, был чёрный пикап и, вольготно опёршегося задом на капот Нила. Стало ясно, кому обязана своей свободой. Он увлечённо говорил по телефону и меня не заметил. Однако, я не смогла пройти мимо него.
– Как ты узнал, где я? – сходу потребовала объяснений.
– Перезвоню! – бросил в трубку Нил и, убрав телефон в карман джинсов, поторопился открыть дверцу своей машины. – Садись!
– Ты не ответил, – я пытливо смотрела в его синие, как океан глаза.
Не выдержав моего напора, он сдался и неохотно признался:
– Я видел, как ты садишься в такси.
– И…? – упрямо протянула я, настаивая на продолжении.
– Давай поговорим по дороге. Здесь нельзя ставить машину, – едва сдерживая эмоции, объявил он и показал на запрещающий стоянку знак.
Это был веский аргумент, чтобы я перестала артачиться и послушно запрыгнула на пассажирское кресло пикапа.
Мы ехали уже минут пять, а Нил упорно молчал. Моё терпение неумолимо приближалось к концу. Я уже открыла рот, чтобы возобновить тему его внезапного появления в полицейском участке. Но он вдруг заговорил сам:
– Как зовут твоих дочек?
– Виола и Сара, – не задумываясь, сказала я и тут же осеклась. – Не заговаривай мне зубы! Откуда ты взялся? Следишь за мной?
Он усмехнулся и резко снизил скорость.
– Не сложно было догадаться, что ты поехала в аэропорт.
– Допустим… А следом зачем за мной увязался? Хотел лично убедиться, что точно уеду?
– Делать мне больше нечего! – брезгливо фыркнул Нил.
Меня почему-то это задело. Будто было не всё равно, как он ко мне относится.
– Видимо нечего, раз занимаешься проблемами жены своего врага, – иронично буркнула я.
