— Так-то умеешь разговаривать нормально, — подмечаю, между делом.
— Так-то вообще не хочу этого делать, — парирует он.
— Ладно. Признаю, была не права, извини, — сдаюсь, показывая ладони в знак капитуляции. — Буду впредь более внимательна к клиентам.
— Так-то лучше, — фыркает Анисимов.
— Отзовёшь свою претензию? — искренне прошу обнимая себя рука потирая плечи, чтобы немного согреться.
— Да, — кратко кивает он. — Можешь идти.
— А гарантии? — неожиданно всплывают сомнения в моей голове. — Вдруг ты сейчас говоришь, что отзовешь, а потом меня будет ждать что-то поинтереснее?
— То есть моего слова для тебя недостаточно? — ловлю нотки раздражения в его голосе.
— Нет, — подтверждаю свою позицию и почему-то начинаю немного нервничать.
— Ладно, — пожимает руками Никита и протягивает мне руку. — Телефон.
— Что телефон?
Его жест сбивает меня с толку. Достаю смартфон из сумки думая, может мне звонят, а я не слышу. Нет. Глухо. Не успеваю опомниться как аппарат вырывают из моих рук, а затем быстро возвращают обратно.
— Если будут вопросы просто звони. Не нужно заявляться ко мне домой, — объясняет Анисимов, а затем добавляет. — Надеюсь, необязательно уточнять, что светить моим номером не стоит? А то запущу процесс обратно, и в более изощренной форме.
Что это только что сейчас было? Никита оставил мне свой номер? Недоуменно смотрю на него и хлопаю глазами.
— Ты меня поняла? — спрашивает он, ожидая от меня хоть какой-то реакции.
— Я не идиотка, — отмираю наконец и ответ выходит сам собой. — Все прекрасно понимаю.
— Точно?
— Точно!
Тут в моей голове всплывает воспоминание. Причина по которой у меня прочно в подкорке закрепилась ненависть к Анисимову.
Его теория многими парнями была принята за веру и очень часто побуждала на плохие действия. Однажды один парень, который мне понравился воспользовался мной как трофеем. Прикрываясь словами, что я должна молчать, приносить удовольствие и на большее непригодна.
С подобным на практике других девушек я также встречалась не раз и вечно приходилось всем что-то доказывать. Говорить о том, что они не просто девушки, с которыми можно лишь поиграться, а личности, которые чего-то стоят и с чьим мнением нужно считаться. Эти обрывки слов Анисимова завирусились в интернете и начали создавать новый тренд поведения. Ведь когда ты являешься голосом общественности, многие часто прислушиваются и ведут себя подобным образом даже не задумываясь почему они так делают.
Раз уж Анисимов сейчас такой добрый, что аж дал мне свой номер, то думаю стоит его попробовать попросить ещё кое о чём.
— А можно тебя кое о чём попросить? — начинаю спокойно и осторожно. — Это личная просьба.
Теперь, кажется, я сбиваю столку Никиту.
— Что у тебя ко мне может быть личного? — недоумевает он.
— Можешь дать опровержение своей теории относительно девушек?
После напряжённой минуты тишины и его пристального смотрящего мне прямо в глаза взгляда, получаю в ответ смех.
— Что прости? Ты серьезно? Опровержение? Садись-ка в машину. Ты кажется уже отморозила себе мозги.
— Пожалуйста, — твердо стою на своём, даже не понимая, что меня вовсе не хотят слушать.
— Нет! — твёрдое и чёткое.
— Вообще-то, как голос общественности ты несёшь ответственность! — пытаясь надавить на его совесть, не задумываюсь, что возможно давлю на то, чего и в помине нет.
— Вообще-то люди сами должны фильтровать то, что им вливают в уши из интернета, — парирует мне Никита.
— Да почему тебе так сложно их направить на что-то светлое? У тебя все ресурсы для этого есть, — не замечаю, как повышаю тон.
— Да чего ты так бесишься постоянно?!
— Да потому что ты меня заводишь!
Никита молча смотрит на меня и его хитрый взгляд дополняет ухмылочка.
— Это я ещё не начал, — спокойным и ровным тоном говорит Анисимов. — Даже интересно стало, а что будет если начну? Пропускаю его слова мимо ушей, как и его странный внимательный взгляд.
— Опровержение.
— Проваливай, — только и бросает напоследок он и уходит.
Захожу домой и наслаждаюсь утренней тишиной. Первым делом принимаюсь проверять в каком состоянии находится дом. Не вынесла ли сладкая парочка, живущая со мной что-то за выходные, или не устроила где свинарник. От них порой можно было ждать чего угодно. Поэтому я ввел ряд правил, которые они обязаны соблюдать, чтобы не испытать на себе мой гнев.
Так как в некоторых кругах меня знали как отмороженного психа, то от меня можно было ожидать чего угодно. Особенно если разозлить. В связи с этим сестра хоть и трепала мне нервы, но чаще всего меру знала и границы старалась не переходить. Старалась во всяком случае. Порой выходило у неё отвратно.
В гостиной замечаю Лику спящую на диване. Судя по состоянию трезвая, что не могло меня не радовать. Если на неё так подействовало то, что я разнёс и развратил её комнату, то без проблем могу повторить если ей это на пользу.
