— А ты оказывается и читать не научилась. Ой что с тобой будет, когда без отцовских денег окажешься. Тоже, наверное, в каталог попадешь, да не возьмут. Начальству не понравишься. Цена то у меня договорная. Так пошли договариваться, — Никита подходит всё ближе, пока не выплевывает последнее предложение ей прямо в лицо.
Ева инстинктивно делает шаг назад, но Никита крепко хватает её за запястье.
— Больно, — взвизгивает она, но руку не отнимает.
— Я очень рад, — затем Анисимов выводит её прочь из зала.
Мы всей толпой стоим, застыв в шоке пытаясь переварить ситуацию. Минуты гробовой тишины просто становятся часами, что в ушах начинает гудеть от напряжения.
— Давайте веселиться дальше? — неожиданно подаёт трясущийся от волнения, но весёлый голос Лика и включает музыку.
Все начали возвращаться в свои стайки, активно пить и общаться. Скорее всего догадываюсь о чём. Я было хотела поговорить с Диной, но меня перехватывает какая-то незнакомая блондинка.
— Пошли со мной. Ты мне нужна.
Не успеваю опомниться как меня подхватывают под руку и ведут на… Кухню? Осматриваюсь и понимаю, что готовка тут кипит полным ходом. Вот чем Никита оказывается занимался.
— Я Лил. Подруга Никиты. Это он попросил тебя сюда привести, — натянуто улыбается девушка, всё ещё явно чувствуя напряжение.
— Подруга, которая их эскорта? — машинально спрашиваю, вспоминая слова Евы.
— Ага. Согласна каталогу мы с ним почти, что коллеги. Но он всё-таки мой начальник. Хотя его мама скорее, — от волнения начинает тараторить Лил.
Начинаю понимать, что всё рук его мамы и места себе не нахожу. Какая же она… Просто слов нет.
— Его мать просто отвратительная женщина, — чувствую, как подступает эмоциональный пик, потому что принимаю что все услышанные факты правда и глаза начинает жечь.
— Не суди её. Она не такая уж и плохая, — пожимает Лил плечами.
— Не такая уж и плохая? Ты что издеваешься?! — меня правда заводит её высказывание, что я срываюсь на неожиданный для себя крик, хотя уверенна, что во всём виноваты эмоции. — Как вообще мать может себя вести так с собственным сыном! Теперь понятно, почему ему предложили секс за подпись. Он в чёртовом списке!
Дверь распахивается и на кухню заходит Никита.
— Лил. Выйди. И спасибо, — спокойно просит её Анисимов.
Она в ответ кивает и уходит. Никита же останавливается напротив меня, аккуратно поправляя мою выбившуюся прядь волос мне за ухо. Мне так хочется спросить его о многом, чтобы разобраться. Но я так запуталась, что даже не знаю с чего начать.
— Ты ведь не любишь оправдываться.
— Но ты же хочешь понять, что сейчас происходит? — спокойствие Никиты почему-то настораживает.
Обычно люди так спокойны, когда знают, что грядёт что-то плохое.
— Хочу, — честно отвечаю, до последнего сдерживая подступающие эмоции в виде слёз.
— Тогда приготовься слушать мою биографию. С самого начала.
Теперь, когда он отводит взгляд и глядя в телефон собирается с мыслями, то я понимаю, что его сомнения и моральная подготовка были направлены не в мою сторону. Никита готовился к звонку. Вопрос кому он хочет набрать? Ответ для меня не был так очевиден.
Видеть, как его рука трясётся, но всё же набирает номер было ещё больнее, и одна слеза даёт крохотную трещину в моей броне. Пусть у меня в голове и была полная каша, но в этот момент я была уверенна только в одном. Я буду на стороне Никиты, чтобы ни случилось.
— Привет, мам, — от него за километр веяло напряжением, особенно хорошо это слышалось в каждой холодной и безэмоциональной ноте его речи. — Тут Ева всем хвастается какой-то волшебной ссылкой, согласно которой я предлагаю разного рода услуги. Разберись с этим пожалуйста. Не хочу завтра проснуться и читать о том, что я шлюха. Спасибо.
Никита молча убирает телефон в карман и смотрит в никуда. Даже представить боюсь, с каким трудом ему даются звонки матери. Это мне ещё казалось, что у меня проблемы с семейными отношениями. В моём случае это хотя бы от недостатка времени, а тут… Всё слишком сложно…
Тем не менее я решаюсь подойти к нему, но на прикосновение смелости не хватает. Да и кажется, что сейчас он настолько в себе, что это лишнее. В голове роятся различные слова поддержки, но мне не удаётся выбрать ни одно. Поэтому я начинаю немного глупо, но с вопроса, чтобы как-то завязать диалог.
— Тебе важно, что о тебе подумают?
— Нет, — качает головой Анисимов взглянув на меня каким-то пустым отстранённым взглядом. — Но меня бесит, что я вообще попадаю в подобные ситуации. А они будут. Постоянно. И никуда не денутся. Ты уверенна, что я того стою?
— Спроси меня, когда я буду знать достаточно, чтобы быть объективной, — задумчиво закусываю губу и всё же решаюсь аккуратно коснуться его плеча.
Только сейчас под своей ладонью ощущаю, насколько напряжено его тело. При такой скованности вряд ли хоть кто-то заговорит на личные темы. Особенно Никита. Его разговорчивым не назовёшь.
— Чего ты хочешь? — не знаю почему с моих губ срывается этот вопрос, но меня волнует его состояние.
