— Тогда до понедельника? — Ария бросает на меня прямой взгляд, хоть и сильный, но в то же время ранимый с оттенками боли. Становится не по себе, и я шумно вздыхаю воздух.
— До понедельника, — делаю шаг назад позволяя ей уйти.
Полякова молча садится в машину и уезжает. Было больно расставаться на несколько дней вот так. Но я зацепился за это чувство. Если мне больно значит она в самом деле для меня что-то значит. Оставшись в разбитом настроении, оглядываюсь по сторонам. Тут достаточно тихо и пусто поэтому нас никто особо и не заметил.
Наконец садясь в свою машину, разрешаю себе представить, чтобы я почувствовал если бы Ария стала частью моих выходных.
Ария
Выходные прошли рутинно. Мне было неприятно прокручивать в голове пятницу, а уж тем более вспоминать очередное поражение своей команды. Кажется, надо мной уже смеются и не понимают, что я здесь делаю. Никита перетянул всё внимание на себя, и я так растерялась, что совершенно забыла о том, что мы соперники. Мне хотелось забыть про всё: про Егора, про конфликт на парковке, про бильярд и может даже про Никиту. Что если для него всё это большая игра?
В любом случае доля правды в словах Никиты была. Говорить с Егором, пока его нет в городе не очень разумная идея. Поэтому я сконцентрировалась на работе в салоне. Слава богу запись была плотная, что из свободного времени я только и помню, как просто к концу рабочего дня упала дома без сил на кровать.
В утро понедельника, я тоже старалась ни о чём не думать кроме учёбы. Всё равно на уроке по бильярду встретимся. Если Никита вообще придёт. Ведь от него можно ожидать всё что угодно. Поэтому глядя в окно возле входа в аудиторию я старалась отчистить мысли и настроиться на учёбу.
И, может быть, у меня бы это вышло, если бы я не почувствовала, как, кто-то обнимает меня за плечи и нежно целует в шею. Первоначально я инстинктивно вздрагиваю, но затем моментально узнаю руки, запах, то, как его губы меня касаются и по телу разливается спокойствие вперемешку с напряжением от нашей последней встречи.
Хоть внутри меня и накопилась злость за случившееся и за два дня полной тишины, сложно было сдержать свою радость от нашей встречи. В этот момент можно было чётко понять одно. Я скучала. Это чувство выдавало волнительное биение моего сердца и трепет, который разливался по всему телу от его прикосновений.
Машинально разворачиваюсь к нему лицом и притянув его к себе крепко сжимаю в своих объятиях, боясь, что он снова исчезнет. Мы тесно прижимаемся к друг другу и я, утыкаясь в него носом вздыхаю уже по-своему родной аромат совершенно забывая о том, что на нас скорее всего смотрят. Так. Стоп. Ему по всей видимости это тоже неважно.
Меня почему-то смущает осознание этого факта и отстранившись вопросительно смотрю Никите в глаза.
— Я соскучился, — тихо признается мне Анисимов и его губы расплываются в какой-то мягкой и нежной улыбке.
Такое ощущение будто мне что-то не договаривают. Пытаюсь родить ответ, но из-за скопления мыслей и переживаний в голове ничего не получается поэтому говорю, как есть.
— У меня противоречивые чувства.
— Я пришел внести ясность, — понимающе кивает он.
— Какую ясность?
— Понимаю, что не очень-то это романтично делать так. Но… — Никита мнётся, но кажется не от неуверенности, а от некоторого подобия на смущение. — Согласна ли ты стать моей девушкой? Официально.
Новость прошибает моё тело молнией, и я непонимающе качаю головой пытаясь очнуться.
— Что прости? — спрашиваю, хмуря брови и вглядываюсь в него сильнее будто у меня от этого слух прорежется.
— Ты всё слышала, — мягко повторяет он, давая понять, что не будет повторять свое предложение снова. Типичный Никита.
— Тебя за выходные инопланетяне не подменили? Ты серьёзно сейчас? — в моей голове появилась паника.
Это же Никита. Он сложный. У меня никогда не было парня. Да нас к друг другу тянет, но… Так. Стоп. Ария. Это просто страх и отговорки. Надо мыслить более рационально и честно по отношению к себе. Стоит или нет? Как же всё сложно…
— Если я соглашусь ты перестанешь уезжать на выходные?
— Нет не перестану. Просто возьму тебя с собой. А если не согласишься, то будем думать, что с этим делать, — серьёзно объясняет Анисимов.
— То есть ты не шутишь? — его ответ рождает во мне удивление, так как я надеялась хоть где-то в его интонации найти подвох. Но нет. — Что ты там вообще надумал за свои выходные?
От эмоционального перенапряжения меня начинает потряхивать, и я стараюсь сохранять ровное дыхание. Сам Анисимов хочет со мной встречаться. Просто это мимо точно не пройдёт. Возможно, появится дикое любопытство с общественной стороны и принесёт свои проблемы. Да и какой Никита в отношениях? На языке вертелось заветное да, но мой рациональный мозг не давал мне произнести этого вслух поэтому я решила промолчать.
