— У нас же одна проблема на двоих. И когда ты меня касаешься у меня внутри рождается чувство безопасности и полного доверия, — искренне признаюсь и замечаю как его глаза загораются ещё сильнее.
— Может тебя немного отрезвит тот факт, что тут стоят камеры? Потому что меня нет, — вижу, что Никита пытается собраться с силами, но всё же не может смотреть на меня без подтекста. А я и не против.
— Отрезвит, — четно признаюсь, оборачиваясь по сторонам в поисках камер.
— Вот и славно. Тяжесть невинности нашего общения на твоих хрупких плечах, — чуть расслабляясь Никита откланяется назад, но всё равно облизывается как кот на сметану.
— Есть не хочешь? — решаю разбавить тему беседы.
— Нет. Скажу больше я даже пить не хочу, — Никита всё же приближается к столу обратно. — Я хочу тебя.
Кровь моментально приливает к лицу и от смущения делаю хорошенький глоток вина.
— Неужели я тебя смутил? — сдержанно удивляется он.
— Да у меня есть такой парадокс. От слов бросает в краску, а от действий мне сложно отказаться. Это у меня от мамы. Мы слишком легко поддаёмся мимолётным порывам веря во что-то хорошее. Так на мамином отдыхе за границей и получилась я. После её тесного общения с одним иностранцем. Я боюсь повторить её судьбу поэтому сижу на противозачаточных, — честно признаюсь, краснею ещё больше и снова прячусь за бокалом.
— Но ты же ни с кем не спишь? — то ли утверждает, то ли предполагает Никита.
— В точку! Я только боюсь повторить её судьбу, а на деле у меня ничего ни с кем и нет. Оступилась я всего один раз.
Боже! Зачем я вообще завела эту тему? Закрываю глаза в надежде что вместе с этим я на пару мгновений исчезну. В детстве срабатывало. Но теперь я же знаю, что от этого не превращусь в невидимку.
— Ария, — нежно окликают меня, я медленно открываю глаза и встречаюсь с мягким взглядом Анисимова. — Это всего лишь я.
— Просто мне неловко об этом разговаривать, — гипнотизирую бокал вина, размышляя пить или не пить.
— Тогда может всё-таки лучше поешь? Тебе правда стоит, — мягкость сменилась обеспокоенностью и заботой.
— Я не буйная если выпью. Так что не переживай. Вино сильно на меня не подействует. Да и кусок в горло что-то не лезет. Но не могу не отметить, что все выглядит чертовски вкусно, — желудок предательски издаёт звук, напоминая мне о том, что пора бы уже что-то в него положить.
— А ты попробуй. Вдруг не только выглядит.
Натянуто улыбаюсь в ответ его словам, но всё же пробую кусочек. И как только мои вкусовые рецепторы ощущают всё великолепие вкуса еды, набрасываюсь на неё словно сто лет не ела. Деликатно набрасываюсь.
— Сам то не хочешь поесть? — отрываясь на секунду от приема пищи говорю я. — А то как-то неудобно одной.
Никита же просто сидит и загадочно смотрит на меня.
— Всё нормально? — настороженно интересуюсь.
— Ага, — медленно кивает Анисимов.
Меня обстановка понемногу начинает напрягать вилка зависает у рта, и я откладываю еду обратно. Я вижу, что его голова чем-то забита, но это же Никита. Он вряд ли скажет. Поэтому решаю чуть сменить обстановку и поднимаюсь со своего места. Уверенным шагом обходя стол подхожу к Никите и чуть разворачиваю его к себе. Присаживаюсь к нему на колени, и мы оказываемся лицом к лицу.
В моих глазах застывает немой вопрос. Никита, в свою очередь, находясь в некой прострации приковывает взгляд к моим губам, но делать ничего не решается. Вскидываю голову одаряя его новым красноречивым взглядом выразительно изогнув бровь. Теперь Анисимов смотрит мне в глаза, но и это не заставляет его говорить.
— Может поделишься? — по итогу озвучиваю вслух очевидное. — Если мы будет встречаться, то надо что-то делать с твоей немногословностью.
— Я не хочу вываливать на тебя своё дерьмо. Просто… — не успевает он начать свою фразу как я чувствую, что в его кармане начинает вибрировать телефон. Никита шумно выдыхает, закрывая глаза, но быстро собирается с силами достаёт телефон из кармана и даёт его мне. Входящий звонок превращается в пропущенный, которых накопилось уже двенадцать. Всё это время ему без остановки названивала его мать.
— Ответишь? — деликатно предлагаю, но в ответ Никита сразу качает головой.
— Нет. Я знаю, что она хочет мне сказать.
— И что же?
Никита поначалу мнётся, натягивая недовольную улыбку, но всё же решается.
— Ты плачущая в моих объятиях. То, что мы уехали вместе. Я уверен, что она уже об этом знает. Плюс гонка. Уверен она хочет поговорить и об этом и точно успела поживиться на моей победе при помощи тотализатора. Но я предпочту беседовать с ней только завтра утром, но не сейчас так как я тут с тобой. А её звонки чертовски раздражают, сбивают с правильных мыслей, но и заставляют задуматься может я всё делаю зря. И не нужно себя обманывать тем, что у меня хватит времени и сил с тобой встречаться, когда у меня самого куча проблем. Ты в них не виновата, но если станешь моей девушкой, то они начнут касаться тебя, так что я не завидный парень.
Застываю, пытаясь переварить только что полученную информацию.
— Воу, — немного озадачено выдыхаю я.
