Многих тонкостей как выяснилось Лера о своём женихе не знала. Так что при раскрытии подробностей дела Валентин шокировал её ещё не раз. Да так, что теперь Лера и сама задумалась, а нужда ли ей эта свадьба. Не сейчас, разумеется, а в перспективе. В будущем. Во всяком случае, она сказала, что его не бросит, но в их союзе уже не так сильно уверена.
Правда из всего этого свадебного переполоха меня больше волновало не это. Как только Никита встретился лично с дядей Даней его как подменили. Анисимов стал каким-то подавленным, бледным, что больно было смотреть. А по возвращению после того, как они вдвоём куда-то загадочно удалились стало и того хуже.
Доделав свои дела, мы успели провести урок и тренировку. Только холодность, отрешенность и подавленность Никиты не уходила ни на минуту. Глядя на него всё никак не решалась с ним заговорить. Поэтому волновалась я ещё сильнее обычного. Мне казалось того факта, что он собирался просто оказать помощь Лере для такого состояния мало. Тут определённо что-то ещё.
Когда мы закончили с бильярдом и устроились в машине после насыщенного и психологически сложного дня, Никита впервые решает со мной заговорить на что-то отвлечённое.
— Тебя домой отвезти или куда? — его голос звучал как-то отрешенно.
Мне словно ножом по сердцу режет. Хочется сделать всё, чтобы он хотя бы на секундочку улыбнулся, но в данный момент я и представить не могу как это осуществить.
— А есть варианты? — тихо спрашиваю, не понимая к чему он клонит.
— Если хочешь поговорить, то можем поехать ко мне, — тяжело вздыхая предлагает Никита.
— А ты уверен, что сможешь со мной поговорить? — пусть немного резковато, но я не хочу чтобы он выдавливал из себя попытки со мной объясниться в тот момент когда бы предпочёл одиночество.
— Скажем так… Понимай как хочешь… В общем… Мне есть что тебе сказать. Вопрос в том готова ли ты слушать, — было прозрачно видно, что эти слова даются ему не так легко, поэтому не оценить этого я просто не имею права.
— Хоть до утра, — слабо улыбаюсь, надеясь хоть как-то разрядить обстановку.
— Может так и получится, — пожимает Никита плечами медленно вдыхая воздух закрыв глаза.
— Хочешь я поведу?
Моё предложение немного его отрезвляет, и он сразу заводит мотор машины.
— Нет. Не хочу. Лучше конкретизируй куда мы едем.
— К тебе. Куда же ещё, — в такие моменты разговаривать с Никитой было сложно, но я не боялась его прямоты и жёсткости.
— Уверена? — судя по тому, как он нервничал, уточнял он скорее у себя, чем у меня.
— Уверена.
На свой чёткий ответ получаю краткий кивок, и мы пулей вылетаем с парковки. По всей видимости Никита решил сегодня игнорировать весь свод правил дорожного движения. Во всяком случае ограничения скорости в особенности.
— Если хочешь, чтобы замедлил ход говори. Не надо меня терпеть, — по его словам и выражению лица лишний раз убеждаюсь, что настроение у него более чем плохое.
— Я тебя и не терплю, — понимаю, что это провокация, но всё же ведусь. Мягко. — Что-то будет не устраивать скажу сразу.
— Правда? — усмехается Никита, не отрывая глаз от дороги, явно увлечённый скоростью.
Пусть внутри меня немного потряхивает, но я и взмахом ресниц не покажу, что это так. Вздохнув, поглубже решаю всё же поступить умнее.
— Зачем ты это делаешь? Анисимов же ничего не делает просто так?
В ответ Никита сначала только морщится, но скорость сбавляет.
— Прости, — затем Никита замолкает, и как только я начинаю предполагать, что он снова уйдет в себя решает заговорить. — Просто меня колбасит. Жестко.
— Это я уже поняла, — мягко отвечаю, осторожно глядя на него.
Несмотря на его состояние меня не тревожит факт того, что он за рулём.
— Хорошо, что поняла, — резко начинает Никита, а затем после глубоко вздоха размеренно отвечает. — Просто… Для начала… Отец Дины вёл дело о поджоге. Дело ещё не закрыли. Поджигателя так и не нашли.
— Вы же знаете виновного? — моментально уточняю, хотя понимаю, что просто знать определённо мало для дела.
— Доказать ещё надо… Да и то не факт, что это Егор.
Что-что-что?
— В смысле!? — шокированная его ответом, резко разворачиваюсь в его сторону. — Как так не факт?
— Давай до дома доберемся сначала, — Никиту начинает трясти, но я вижу, как он пытается держать себя в руках.
— Можешь объяснить хотя бы почему ты так встревожен?
