— Начало чего бы то ни было. Однако конец окажется таким же. И насчет этого тебе тоже не следует питать никаких иллюзий. Я уйду от тебя так же, как это сделал он. Я всегда поступаю подобным образом.
Она подошла к нему еще ближе. Между ними оставалось расстояние в один ярд, не больше.
— И как скоро это произойдет? — поинтересовалась она.
— Может быть, очень скоро, а может, и нет, — неопределенно ответил Ричер.
— Что ж, я все воспользуюсь таким шансом. Кроме того, ничто не длится целую вечность.
— По-моему, это как-то неправильно.
Она взглянула ему в глаза:
— Что именно?
— То, что я сейчас стою перед тобой в одежде твоего бывшего любовника.
— Не так уж и много на тебе его одежды, — заметила Фролих. — Мне кажется, что эту ситуацию можно легко исправить.
Он помолчал несколько секунд, после чего неуверенно спросил:
— Правда? И ты готова показать мне, как?
Он сделал шаг вперед, и она положила руки ему на талию, потом ее пальцы проникли под резинку трусов, и она, как и обещала, очень быстро исправила ситуацию. Затем подняла руки над головой и так же непринужденно выскользнула из ночной рубашки, которая тут же оказалась на полу. После этого они едва сумели добраться до кровати.
Они спали три часа и проснулись от звуков будильника, раздававшихся из комнаты Фролих. Его звон поначалу показался тихим, едва пробивающимся через толстую стену гостевой комнаты. Джек лежал на спине, а Фролих уютно устроилась у него под рукой, закинув одну ногу на его бедро и прислонившись головой к плечу Ричера так, что прядь ее волос падала ему на лицо. Ему было уютно лежать в такой позе. И тепло. Уютно и тепло. А еще он чувствовал усталость. Одним словом, ему было так уютно и тепло, что очень хотелось проигнорировать будильник и еще немного поваляться в постели. Однако Фролих тут же выбралась из-под его руки и села на кровати, все еще сонная, словно не успела по-настоящему проснуться.
— Доброе утро, — улыбнулся Джек.
Из-за окна уже пробивался серый утренний свет. Фролих улыбнулась Джеку в ответ, зевнула и потянулась, откинув локти назад. Часы в соседней комнате продолжали издавать безобразные звуки. Затем одна трель будильника сменилась другой, причем более громкой. Джек положил ладонь на плоский живот женщины и постепенно передвинул руку к груди. Фролих снова улыбнулась, зевнула, затем извернулась и, склонив голову, уткнулась носом ему в шею.
— И тебя тоже с добрым утром, — ответила она.
А будильник продолжал верещать за стеной. По всей видимости, он был специально запрограммирован так, чтобы его звуки становились все более громкими и назойливыми в том случае, если ты их игнорируешь. Джек привлек Фролих к себе, пригладил ее непослушные волосы и поцеловал. Далекий будильник перешел на завывание, очень схожее с полицейской сиреной. Ричер был счастлив оттого, что не находился в одной комнате с надоедливым средством для пробуждения.
— Надо вставать, — уныло произнесла Фролих.
— Мы так и поступим, — кивнул Ричер. — И очень скоро.
Он удержал ее, и она перестала сопротивляться. Они занимались любовью самозабвенно, едва переводя дыхание, словно сигналы будильника подгоняли их. Со стороны можно было подумать, что эти двое находятся в бункере после ядерного взрыва, а далекие сирены отсчитывают последние секунды их жизни. Когда все закончилось, Фролих с трудом заставила себя выбраться из кровати, после чего бегом бросилась в свою комнату и отключила будильник. Тишина показалась им обоим оглушающей. Джек лежал на спине и смотрел в потолок. Неясный свет из окна выделял трещинки на штукатурке. Фролих не спеша вернулась в гостевую комнату, по-прежнему обнаженная.
— Залезай в кровать, — предложил Ричер.
— Не могу, — покачала головой женщина. — Мне пора на работу.
— Он будет в безопасности еще долгое время. А если нет, ему всегда найдут замену. Ну, помнишь, двадцатая поправка, если не ошибаюсь. Я думаю, желающих на его место будет столько, что они выстроятся в очередь на целый квартал.
— А я встану в очередь из безработных. Может быть, мне даже удастся устроиться, например, переворачивать гамбургеры в какой-нибудь второсортной забегаловке.
— А такое уже случалось?
— Что? Жарила ли я когда-нибудь гамбургеры?
— Нет, оставалась ли ты когда-нибудь без работы? Она отрицательно покачала головой.
— Нет.
Он улыбнулся.
— А я вот уже пять лет практически бездельничаю.
Он улыбнулась ему в ответ.
— Я знаю, я это тоже успела проверить на компьютере. Но сегодня тебе придется поработать, а поэтому шевелись и вытряхивай из постели задницу.
