А из этой комнаты прямая дорога на отчисление… И не стоять мне в мантии ученого, не получать Нобелевской премии, не давать интервью в газету, о том что блондинки - тоже люди…
При мысли о последнем я взвыла.
Люди вокруг смеялись. И, кажется, показывали на меня пальцами. Может потому что надо мной загорелась огромна неоновая стрелка?!
Я побежала, размазывая тушь и сопли, не представляя даже, как теперь должна выбираться из этой ямы. В голове стучала лишь одна идея - надо сказать Женьке. И он что-нибудь придумает! Забьет дракона, то есть декана, и мне не придется ходить в ту страшную комнату…
Я неслась коридорами, надеясь найти пустую аудиторию, чтобы немного прийти в себя. И нашла. Не совсем пустую.
Из полуоткрытой двери доносились голоса, и несмотря на состояние аффекта, я распознала чьи и замерла с занесенной ногой.
- Меня бесит эта дура в розовом, с которой ты все время общаешься, - немного растянутые гласные и томный, низкий голос. Я знаю его, несмотря на то, что девушка учится в совершенно другой группе. Еще одна звезда нашего универа, из тех что умницы, красавицы и комсомолки, в том смысле, что дочки партийных работников.
Всегда мне не нравилась.
- Зато не приходится ходить на лекции и есть время на тебя. На нас, - с придыханием. И этот голос я тоже знала. - К тому же она так забавно вьется, как кучерявая собачонка, вокруг ног, нам с парнями есть хоть над чем поржать.
Поржать. Над кучерявой собачкой. Понятно.
И пусть у меня розовые затычки в ушах, я слишком хорошо понимаю, о ком они говорят.
- Ты должен быть осторожнее, а то я ревну-ую, - капризно продолжала будущая королева.
- Все, что хочешь дорогая, - звуки противных чмоков. - Мне не нужна эта перезревшая девстенница.
Перезревшая?!
Я была в таком шоке, что невольно двинулась, нажала на дверь и ввалилась в аудиторию. Вся как есть - зареванная, бледная и, наверняка, в красных пятнах.
Женя. И правда он. И крашеная блондинистая дрянь - то, что она не натуральная блондинка, я знала от знакомого парикамахера.
- Эм, Ликуся?
А я даже сказать ничего не могу.
Лицо полыхнуло, а в голову ударила волна чего-то такого, чему я даже не могла дать названия.
Ненавижу!
Я выскочила из аудитории, проклиная предателя, собственные чувства и всю эту идиотскую историю - и идиотский универ, и родителей, и природу, а в голове вспышками проносилось нелестные эпитеты в мою сторону, сцены в столовой, сдавленные смешки «доброжелателей», которые я не замечала.
Сволочи!
Я должна им отомстить и мстя моя будет страшна!
Я застыла посреди коридора, раздумывая, какая мстя будет лучше - электропила или асфальтовый каток - как услышала:
- Анжелика? - Витя. Взялся же откуда-то.
Опять этот маньяк меня преследует - он с самого первого дня смотрит на меня, как на богиню на пьедестале, наверное и не подошел бы познакомиться, если бы не учились в одной группе.
Я уж было по привычке отмахнулась и пошла прочь, вспоминая знакомые названия режущих агрегатов - зря что ли у меня у дяди лесопилка - как вдруг замерла.
Медленно повернулась.
Витя.
Мелкий, щуплый - так это накачать можно.
Близорукий - операцию делают.
Да и пластическая хирургия сейчас на высоте…
Я улыбнулась изо всех сил:
- Витюша-а…
Витюша замер. И отшатнулся. Наверное он из тех эксгибиционистов, что никогда не рассчитывают на ответ жертвы. Ничего. Привыкнет.
Я нависла над ним - ростом он конечно не вышел - и пропела:
- Мне та-ак нужна твоя помощь…
Сглотнул. Дернулся было бежать, но я уже схватила его за рукав. Пару предсмертных трепыханий и вот он уже поник и пролепетал:
- Как… я могу тебе помочь?
Все. Клетка захлопнулась.
Не прошло и месяца, как он предложил мне руку, сердце и прочие органы.
А я, не будь дурой, точнее будь, согласилась.
А потом обнаружила себя стоящей в родном ЗАГСе в шикарном платье и собиравшейся окончательно и бесповоротно испортить свою многообещающую жизнь.
Глава 3, в которой я обнаруживаю себя в месте-которое-нельзя-называть. Потому что названия не знаю
Фырк.
Фырк. Фырк. Иго-го-о…
Странные звуки возникли в моей голове и заставили ту оторваться от земли. Или на чем там голова лежала.
Хотя очнуло меня не это. А вонь. Похоже именно та, что от производного фырк-фырков и иго-го.
Я смутно подумала, что странная какая-то у нас в городе канализация, раз недопегасы бродят и гадят, а подо мной что-то холодное и твердое, а не… Наоборот, короче.
И села. А потом смогла протереть глаза - даже не хотела догадываться, что такого я счищаю с них - и поднять в голову.
Хм, я в канаве? Землистые стенки с пучками не слишком чистой травы, камни и…
В общем, то, что воняло.
Так значит мне показалось, что я в люк провалилась? На самом деле шмякнулась в канавку? Что ж, все к лучшему. Из канавы проще выбираться.
Кряхтя, как древняя кляча, я распрямилась, убеждаясь, что ничего себе не сломала и…
Ой.
Дальше я уже не могла думать, а только смотрела, открыв рот.
