– Договорились. Кстати, вы нашли подходящий вариант среди предложений, что я вам прислал?
– Да, думаю, нашёл, – наврал я.
– Смотрю, вы всё больше интересуетесь творчеством.
– Да, для разнообразия. Привнести в жизнь новые краски.
– Похвально. Что за действо? Нечто грандиозное?
Из последней беседы с Жаннет на эту тему стало лишь приблизительно понятно, что нам нужно.
– Ещё не знаю. Но не думаю, что потребуется симфонический оркестр.
Геннадий рассмеялся.
– Нужны сессионные музыканты или сформировавшиеся группы.
– Там полно подобных вариантов. Но, если вдруг возникнут трудности, дайте знать. Обязательно что-нибудь придумаем.
– По рукам.
Мы попрощались, и я уехал в офис.
Днём мне удалось обзвонить несколько номеров из длинного списка, который предоставил Геннадий. Раз за разом с другого конца отвечали, что о таких вещах не договариваются «по проводам», и приглашали встретиться лично. После пятой попытки и пятого аналогичного ответа я сдался. Действительно, о чём именно я собирался договариваться, если до конца не знаю планы Жаннет? Все адреса, которые оставили люди с другого конца телефонной линии, были очень похожи. Менялись лишь последние странные обозначения не то квартир, не то корпусов. В итоге было решено поехать туда в ближайшие выходные и всё обговорить вживую. Осталось сообщить об этом Жаннет.
В пятницу вечером я рассказал ей последние новости. Она равнодушно ответила по поводу картин, но обещала подумать о возможности их продажи в ближайшем будущем. Зато информация про необходимость ехать и договариваться с музыкантами о выступлении сильно её взбудоражила.
В субботу мы прибыли в окрестности указанного места. Промышленные районы сами по себе не изобилуют обывателями. А заброшенные промышленные районы – подавно. Виды вокруг напоминали иллюстрацию к книгам о постапокалипсисе и ядерной зиме. В голову закрадывались параноидальные мысли о возможных радиационных излучениях, из-за которых тут так безлюдно. Наконец, мы каким-то чудом пришли к нужному адресу. У двери красовалась табличка «Репетиционная база». Кто-то подписал над второй «е» букву «и». Наверное, этот человек приходил сюда больше пить, нежели репетировать. Или, наоборот, он являлся трезвенником, а этой своей выходкой намекал на алкоголизм остальных. Дверь оказалась не заперта. Жаннет приоткрыла её и осторожно заглянула внутрь. Думаю, она была солидарна со мной во мнении, что, судя по пейзажам снаружи, внутри запросто может оказаться лаборатория по генетическим исследованиям со сбежавшими из неё ядовитыми ежами-мутантами. Моя девушка 2.0 обернулась на меня. Я не знал, ждала ли спутница моего одобрения или что-то типа того, но на всякий случай кивнул. Мы зашли внутрь. В помещении было чисто и светло. Учитывая происходящее снаружи, дверь словно служила порталом, который переместил нас куда-то далеко-далеко от прежнего места. Однако неурядицы продолжались. Пришла очередь заблудиться внутри: всё оказалось поделено на похожие отсеки и выглядело однообразно. Гениальная идея позвонить по контактному номеру телефона и попросить найти нас провалилась сразу же. Сотовая связь вещала со сбоями. Выходить обратно и пытаться сделать это оттуда расхотелось через 5 секунд. Я начал корить себя за недальновидность: явно стоило договориться заранее, чтоб нас встретили вблизи входа в этот улей. Мы пошли наугад, поглядывая на обозначения рядом с одинаковыми дверьми. Всё оказалось настолько безнадёжно, что у нас даже не получалось понять, в какую сторону числа прибывают, а в какую убывают. Наконец стала попадаться местная фауна. Раз от раза персонажи выглядели колоритнее, и вскоре возникло ощущение, будто мы находимся среди массовки некоего фильма про панков-бунтарей из Англии 80-х годов. Через некоторое время из-за угла вынырнул очередной одинокий представитель. Он неспешно двигался навстречу. Жаннет остановила его и начала общаться в своей оригинальной манере:
– Добрый вечер, любезнейший.
– Ола, амигос!
– Мы тут заплутали слегка. Ищем место 178б.
– Это прямо напротив нас. Гоу!
Она обернулась на меня и подмигнула.
