Версия, связанная с Тогууном, встречается и у Б. Чемберлена, который отмечал, что еще до поездки на Кюсю один из лечащих врачей Хидэёси, фанатичный буддист, давно внушал ему, что духовные отцы-католики прилагают огромные усилия к тому, чтобы обращать в свою религию лиц благородного происхождения. Но все их разговоры о спасении душ лишь предлог, хитрая выдумка, в то время как главная их цель — покорение Японии. Это делалось для того, замечал Б. Чемберлен, чтобы вызвать у Хидэёси подозрительность к христианским миссионерам. Однако Хидэёси тогда не воспринял эти доводы всерьез и даже посмеивался над своим врачом. Но когда он прибыл на Кюсю и лично убедился в том, что многие феодалы вместе со своими вассалами приняли христианство и вступили в очень тесные контакты и слишком доверительные отношения с отцами церкви, тогда он вспомнил, что говорил ему Тогуун, и понял, что проповедь новой религии может оказаться нагубной для безопасности его империи. В этом состояла, писал Б. Чемберлен, истинная причина того, почему Хидэёси так резко изменил свое отношение к миссионерам[364].
Кто же такой этот загадочный Тогуун, который оказал, согласно расхожей версии, столь сильное влияние на Хидэёси, что заставил его круто изменить свою позицию в отношении христиан? Среди лечащих врачей Хидэёси, а их у него, по некоторым данным, было восемь, врач по фамилии Тогуун не значился[365]. Предполагалось, что речь могла идти о самом известном в ту эпоху враче по имени Нагата Токихон, который прожил 118 лет (1512–1630). Но этот врач служил у Такэда Сингэн, владетельного феодала из провинции Каи, а затем у Токугава Иэясу и никогда не лечил Хидэёси.
Возможно также, что имелся в виду один из лечащих врачей Хидэёси, которого звали Сэякуин Дзэнсо. Миссионеры дали ему имя Дакуин Токун. Он был родом из провинции Оми, служил священником в знаменитом монастыре Хиэйдзан, изучал медицину, а в дальнейшем прислуживал Хидэёси, который очень высоко его ценил. В свое время он возглавил своеобразное благотворительное учреждение, где бедные могли бесплатно получать лекарства и медицинскую помощь. Это учреждение, представлявшее собой одновременно и аптеку и больницу для бедных, называлось Сэякуин, отсюда и происходит фамилия, которую взял себе этот врач. Некоторые авторы, например Мэрдок, полагали, что профессиональная ревность к нему со стороны других врачей, в частности Манасэ Досан, который был тесно связан с миссионерами, могла вызвать у Дакуин Токун еще большую неприязнь к иностранным священнослужителям, что, в свою очередь, могло повлиять и на настроения самого Хидэёси[366].
Все эти точки зрения мало что объясняют. Неубедительно звучит и то, что кто-то из ближайшего окружения Хидэёси случайно подслушал подвыпившего капитана иностранного судна, который спьяну хвастливо рассуждал, какой огромной силой располагает испанский король и как с помощью миссионеров и новообращенных христиан он приобрел обширные владения во всех частях света и что та же участь уготована Японии.
Изменение отношения японских правителей к миссионерам было вызвано не каким-то случайным фактором или личным поведением того или иного деятеля. С одной стороны, в отличие от Ода Нобунага, который искал в христианских миссионерах опору в своей борьбе против буддийского духовенства, не желавшего признавать его власть, Хидэёси не нуждался в такой поддержке. Он чувствовал себя уже достаточно уверенно, да и позиция японских религиозных деятелей, смирившихся с существующим положением, стала иной: они все чаще становились сторонниками новой власти.
С другой стороны, к тому времени, когда у власти оказался Хидэёси, миссионеры, ранее поощряемые и поддерживаемые Нобунага, почувствовали свою силу и влияние в этой стране и потому стали действовать грубо и неприкрыто, вмешиваясь во внутренние дела, участвуя в заговорах, сея распри, разжигая конфликты между различными феодалами.
