Я снимаю блокировку с экрана.
Райдер читает моё сообщение и закатывает глаза. Ему хватает наглости затолкать в рот остаток сэндвича и жевать как какой-то гиперсексуальный голодный дровосек. Мои бёдра инстинктивно потираются друг о друга. Поднимается ветер, и мои и без того напряжённые соски затвердевают под майкой. Несмотря на лифчик и майку, они становятся возмутительно заметными. Райдер поднимает взгляд от сэндвича и окидывает меня оценивающим взглядом. На мгновение его глаза задерживаются на моей груди, но он быстро оправляется. Сунув руку в свою сумку, он достаёт толстовку КУЛА и бросает её мне.
Я с жадностью натягиваю её через голову и вдыхаю приятный хвойный аромат. Я чувствую статическое электричество, которое его толстовка создаёт в моих волосах, но мне плевать.
— Спасибо, Рай.
Он кивает, не сводя с меня глаз. Его пристальный взгляд длится дольше обычного.
— Всё в порядке? — спрашиваю я.
Наконец, он моргает, затем берёт телефон и печатает в своей сверхскоростной манере.
Я наклоняюсь через нашу еду и щипаю его за руку. Сев на место, я демонстративно запускаю руки в свои непослушные волосы и взбиваю их ещё сильнее.
Лицо Райдера озаряется одной из тех редких широких улыбок, и моё сердце пропускает удар. Он поднимает ладонь перед своим лицом, кружит пальцами, пока они не сходятся в одной точке, затем раскрывает их, будто выпускает вспышку волшебства. Значение этого жеста я не знаю.
По моей спине пробегает дрожь, но не из-за ветра, пролетающего над травой и играющего опавшими листьями между нами. Ветер шепчет в моих волосах и прилепляет рубашку Райдера к его телу. Время замирает.
— Что это означает? — спрашиваю я.
Скомкав пустую обёртку от сэндвича и прибрав наш беспорядок, Райдер вешает сумку на плечо и встаёт. Его пальцы ерошат мои волосы, и он улыбается мне. Затем уходит, оставляя меня в дымке вопросов без ответов и в запахе кедра.
Чёртов лесоруб и его игры с разумом.
— Беккет Беккерсон, убери свои чёртовы лапы от мяса для тако! — Такер шлёпает Бекса по пальцам, затем отталкивает его, отчего Бекс едва не врезается в меня, когда я закрываю входную дверь.
— Прости, Уилла, — мямлит Бекс, помогая мне восстановить равновесие.
— Вильгельмина! — орет Такер.
Я показываю ему средний палец.
— Я запрашивала шведские фрикадельки.
Такер пожимает плечами.
— Райдер вернулся домой пятнадцать минут назад. Он попросил меня сделать ему одолжение и приготовить мясо на тако.
Хм. Странно. Мне ненавистно это признавать, но нет смысла отрицать, что я выучила распорядок дня Райдера. Он должен был вернуться домой несколько часов назад.
Бекс идёт к холодильнику, доставая начинки для тако.
— Ты ведь любишь тако, верно? — спрашивает он, всё ещё копаясь в холодильнике.
Я бросаю сумку на стол и машу рукой, уже шагая в сторону комнаты Райдера.
— Я их обожаю. Спасибо, ребят.
— Круть, — кивает Такер, покачивая головой в такт музыке, тихо играющей на его телефоне.
Дважды постучав по двери комнаты Райдера, я вхожу. Он за ноутбуком, в наушниках и щурится. Он выглядит таким сосредоточенным, что мне ужасно интересно, что же он смотрит.
Когда я подхожу ближе, он окидывает меня повторным взглядом, широко раскрывает глаза, сдирает с себя наушники, захлопывает ноутбук и чуть ли не садится на него.
Склонив голову набок, я скрещиваю руки на груди.
— Всё нормально, Бугай?
Он кивает и шумно сглатывает. Оттолкнувшись от стола, он хватает меня за локоть и выводит из своей комнаты в гостиную. Одной рукой направляя меня, другую он кладёт на свою грудную клетку. Пальцы распластаны, средний повыше остальных, и он проводит по своей груди.
Я заметила, что в последние недели он чуть больше пользуется языком жестов. Мы всё равно много общаемся через сообщения, но, похоже, ему просто хочется смотреть на меня и хоть немного общаться.
— Я надрала задницу финальному эссе по феминистской литературе, вот как дела, — он отпускает мой локоть теперь, когда мы вдалеке от ноутбука, где мне что-то не полагается видеть.
Он улыбается и жестом показывает
Бекс расставляет маленькие мисочки с разными начинками, Такер подогревает тортильи. Я перевожу взгляд с кухни на Райдера.
— Загрузил своих слуг работой, да? Что случилось?