— Нам с твоей мамой нужно уехать в Австрию, чтобы зарегистрировать брак. Тебя мы тоже заберем, позже, если ты захочешь. Пока можешь жить здесь, в моей квартире, а со съемной нужно съехать. Иван будет в твоем распоряжении, а потом, когда скажешь, я куплю тебе машину. Ну как, согласна?
— Кто же от такого предложения откажется?! Волшебство какое-то… Неужели я не сплю, все происходит наяву, мама?
— Дочка, я тоже до конца еще не осознала случившееся. Вильгельм действительно волшебник!
— Дамы, не преувеличивайте мои возможности! То, что я делаю, вполне естественно, и в моих решениях ничего необычного нет.
— Может, для вас и нет, а для нас это революция. Насчет меня не переживайте — я согласна. И из Москвы пока не хочу уезжать, с удовольствием поживу в таких апартаментах.
— Как же, Полина, ты без меня? — встрепенулась мать.
— Мама, я давно не маленькая девочка, смогу жить самостоятельно.
— Вот и хорошо, а мы будем звонить, помогать ей во всем, — заверил Татьяну Вильгельм, поглядывая на часы.
— Сейчас я отлучусь на пару часов, а вы подождите меня здесь. Когда вернусь, поедем в какой-нибудь ресторанчик пообедать.
Вильгельм быстро собрался, поцеловал Татьяну, и как только дверь за ним закрылась, Полина воскликнула:
— Мама, это сказка! Ты посмотри, какая квартира! Я буду здесь жить! Да разве я мечтала о таком?!
— Полечка, как-то неожиданно счастье привалило. Я даже боюсь, что оно закончится… Согласись, ведь так не бывает.
— Мамочка, наверное, бывает, раз мы здесь. Я ведь познакомилась с Вильгельмом раньше, чем ты. И я ему верю. Он серьезный порядочный человек. Никаких сомнений у тебя не должно быть. Тебе повезло! Конечно, благодаря мне, — прищурив глаза, с легким лукавством сказала дочь.
Где-то в глубине души Полина немного завидовала матери, но сейчас ее устраивало все.
— Не знаю, что будет дальше, но мне с ним хорошо. Он какой-то надежный. Я чувствую себя с ним, как с Сережей. Временами даже кажется, что это он.
— Мама, не кори себя. Папа хороший, мы никогда его не забудем. Я понимаю, что тебя мучает. И все же ты вытащила счастливый билет, мы сейчас будем жить как люди, не на съемной квартире. И деньги сохраним.
— Доченька, ты все перевела в материальную сферу. Так нельзя. Он ведь мне действительно понравился, и я, кажется, влюбляюсь, как девчонка. Может, потому, что он полюбил… Мне так этого не хватало.
— Я понимаю: можно продолжать оставаться верной вдовой, но жизнь продолжается, ты имеешь полное право влюбиться. Да и в тебя разве можно не влюбиться? А?
— Я думала, что уже постарела, что счастье для меня в прошлом, но ты вселила в меня надежду.
— А я что тебе говорила? Видишь: все, что случается, случается к лучшему. Мы с тобой заслужили перемены.
— Полечка, ты уж тут поаккуратнее, у него здесь все на своем месте, видишь, какой порядок…
— Мама, не волнуйся. Все останется на своих местах. Поживу немного в сказке! Уезжать из Москвы я действительно не хочу, может, тоже найду своего принца, — мечтательно сказала она.
— Ой, доченька, боюсь я тебя оставлять одну… Даже посоветоваться будет не с кем, — продолжала волноваться Татьяна.
— Я буду тебе звонить. И потом, мы же не навсегда расстаемся. За порядок не беспокойся. У меня нет таких друзей, чтобы приводить в дом. На работе распространяться не буду, где живу, — старалась успокоить ее дочь.
— Ну хорошо… Ты знаешь: если что, я мигом прилечу к тебе.
Прошло две недели с тех пор, как Татьяна и Вильгельм уехали в Австрию. Перед отъездом мать и дочь перевезли свои вещи в квартиру Вильгельма. Полина, которая была на седьмом небе от счастья — можно пожить в такой роскоши! — некоторое время скрывала от Нины, что произошло в ее жизни. Правда, в первый же день, когда Иван привез ее на работу, сослуживица увидела, как та выходила из машины.
— Быстро же твоя жизнь изменилась, — ухмыльнулась подруга.
— Как видишь, и я об этом не жалею.
— И у подружки тоже изменилась? Исчезла, не работает уже…
— И у нее изменилась.
— С ней все ясно: уже не тайна, что укатила в Австрию с шефом. Конечно, там у нее работа будет получше. Но ты-то причем здесь? Приезжаешь на машине шефа, как королева… Никак не пойму.
— Нина, если все уже осведомлены, зачем мне что-то говорить тебе?
— Все, да не все. Мы ведь с тобой сидим в одном кабинете, я думала, что мы подруги. А у тебя тайна за тайной. Вокруг слышу одни предположения.
— Не доставай меня расспросами, Нина. Придет время, может, и расскажу, а пока пусть еще посплетничают. Это же весело.
Полина замечала, как шушукаются за ее спиной коллеги, как смотрят ей вслед, и это ее смешило. Когда она входила в приемную, Олечка старалась во всем угодить. Если там был кто-то из коллег, ее рассматривали, как некое чудо, она больше никогда не ожидала, когда подойдет очередь войти в кабинет шефа.
Вскоре Владимир перевел Полину в кабинет, подготовленный для матери и опустевший после ее отъезда. Шеф лично от Вильгельма узнал о помолвке, после этого стал относиться к Полине как к родственнице босса.
