Гор прерывает наше общение, приобнимает и награждает поцелуем в макушку.
- Как ты?
- Это я у тебя должна спросить. Соблазнитель учителей.
- А, это, - тянет брат, и ухмыляется. – Это был специальный стратегический прием. Не знаю, чего все так переполошились.
- Мы так и поняли, - киваю я.
- Главное, чтобы Катерина Антоновна это тоже поняла, - хмыкает Игнат.
Я снова бросаю на него быстрый, если не сказать вороватый взгляд.
- Думаешь, запала на меня?
Брат ухмыляется шире. По всему он бодр и крайне доволен собой.
Игнат пожимает плечами, а мне дико от того, что они так спокойно обсуждают девушку на несколько лет старше себя. Не просто девушку, учителя нашего лицея.
Это…в голове не укладывается.
А…Что если Игнату тоже придет в голову приударить за такой?
От мыслей, что он может целовать еще кого-то, кроме меня, пусть даже моего возраста, становится жарко, страшно, дурно.
И в суматохе ожидания автобуса я вновь придвигаюсь к Игнату. И нахожу его ладонь. Переплетаю пальцы.
- Я…хочу ехать до гостиницы с тобой, - произношу быстро ему на ухо, пока никто не перехватил инициативу.
Для этого мне приходится встать на цыпочки, и ухватить его за рукав.
Еще я специально, но будто бы случайно мажу губами по его скуле.
Вздрагивает. Медленно сглатывает.
Ему, по меньшей мере, не противно, я же вижу, чувствую.
Но все равно отчего-то колеблется, и не отвечает.
- Пожалуйста, Игнат, - снова прошу я. - Иначе мне придется просить брата, а он ведь точно не откажет.
Все так и есть, но мне отчего-то важно, чтобы Игнат сам захотел, чтобы я поехала с ними.
Когда Катерина Антоновна объявляет наш класс на посадку, Игнат, обхватывает меня за талию, не дает мне уйти со всеми. Я млею от удовольствия и улыбаюсь.
Не думая о том, как это выглядит со стороны, я прижимаюсь теснее, и утыкаюсь носом ему в грудь...
Игнат
Мне бы хотелось, чтобы наш первый поцелуй вышел более осознанным.
Неторопливым и тягучим, балансирующим на грани чувственности.
Отмотать бы и повторить на замедленной съемке, проживая каждую секунду этой болезненной до одержимости, ни с чем не сравнимой по ощущениям, умопомрачительной и разбивающей все ограничения близости.
Но едва лишь мне стоит накрыть губы Принцессы своими, как все благие намерения улетучиваются к чертовой матери.
И я попадаю прямиком в гремучий адский котел.
Словно ненормальный впиваюсь в её рот своим, тормозя себя настолько жалкими остатками воли, что про них лучше вообще не упоминать.
Мне хочется аккуратно и нежно исследовать ее рот, дать ей привыкнуть, постепенно окунуть в это новое для нее чувственное наслаждение. А не яростно долбиться в ее сладкий и влажный рот языком, как ненормальный вбирая в себя вкус неповторимо желанных губ. Ее вкус…
Но благими намерениями, как известно…
Вместо этого я прошу её расслабиться, и тут же нагло нетерпеливо врываюсь в нее жаждущим и нетерпеливым языком.
Я, блин, тот еще растерявший последние мозги, и свихнувшийся на своей "ученице" "учитель".
Да, как бы согласился, и как бы реально должен обучать, но вместо этого меня рвет, и я одурело и рвано стону ей прямо в рот. Захлёбываюсь в ощущениях и мечтаю лишь о том, чтобы наш контакт не прекращался больше ни на единую гребаную секунду.
В общем, набросился на Принцессу, словно умалишенный.
Излишне сильно, одурело, жадно и жестко.
Если бы она оттолкнула я бы, наверное, все же набрался сил и ослабил напор, но она не отталкивает.
Она позволяет моему языку проделывать все то, о чем давно мечтал и чего хотел. Она отвечает мне горячо, с не меньшим жаром.
Целуемся, и мозги окончательно плавятся, очутившись в раскаленной до предела печи, управляемой влечением и жаждой обладания.
Не знаю откуда у меня находятся силы отстраниться. Наверное, где-то на краю сознания мелькает мысль, что дальше будет только сложнее…
Намного…
Нереально титанически тяжело…
Чем дольше избегаешь, тем сильнее хочется, когда дорвешься. И действительно, так оно и есть. Дорвался…
Едва я отстраняюсь, как Алиса упирается ладонями в грудь, и отталкивает сама.
- Достаточно, - шепчет и быстро облизывает слегка покрасневшие припухлые от поцелуя губы.
Я улыбаюсь её попытке пусть даже так, но все же отстоять свою самостоятельность.
Мне…нравится. Дурею всякий раз от нашего противостояния.
Еще нестерпимо хочется наброситься на ее губы с новым поцелуем.
Тяжело и натужно выгребаю из легких воздух, распахиваю дверь купе.
В помещение врывается легкий ветер, но как по мне, хоть ураган. И все равно в мозгах не наступит просветления.
- Идем, - выдыхаю рвано.
Иначе я за себя не отвечаю.
А сам давлю на нее неотрывным взглядом.
Уходи скорее. Не справляюсь.
Не знаю, насколько точно Алиса прочитывает смысл в моих глазах, но прытко выскакивает из купе. Спешит по проходу, ходко, и не оборачиваясь.
Шагаю следом, неотрывно гипнотизируя ее прямую спину.
...
Алиса
Едем до гостиницы двумя вполне комфортабельными автобусами.
- Да уж, не Лондонский даблдекер, конечно, - острит Макаров, но лично мне все очень нравится.
Я рядом с Игнатом. Не только в одном автобусе, но и на соседнем с ним сиденье. Большего не стоит и желать.
