Первая мысль – охрана, негласно отправленная приглядывать за Принцессой в поездке. Возможно, даже не родителями, а вездесущим дедом. Вторая – просто мужику, как и мне, особенно нечем заняться.
Еще раз окидываю взглядом пространство, после чего ныряю в размышления.
Время, которое Демьян Валерьевич выделил мне на подумать, скоро истекает. Наверное, я с самого начала знал, что приму его предложение. Поэтому и лицей не бросил.
Я…не совсем дурак, и понимаю, что, если хочу хоть как-то выбиться, должен использовать все, любые шансы. Махать кулаками и халтурить в автосервисе, далеко не выход.
Пока что, работать на отца Гора - это самый реальный способ, как минимум, расплатиться по долгам.
Алиса…
Возможно когда-нибудь, через несколько лет, я смог бы реально рассчитывать на серьезные отношения с ней…
Когда начну представлять из себя хоть кого-то…И не было бы мучительно стыдно перед ее родителями…
Любые рестораны. Да и не только. Уровень жизни, достойный моей Принцессы…
Когда-нибудь…
От этой мысли бросает в еще сильнейший жар…
Только станет ли Принцесса ждать…
Не сильно-то рассчитывай. За то время, что ты будешь пытаться встать на ноги, она…должно быть тысячу раз забудет о тебе.
Мужик тем временем поднимается с места, и направляется по проходу.
Все еще пялится на меня, но, тем не менее, я ожидаю, что пройдет мимо.
Однако у нашего столика он неожиданно останавливается.
- Здравствуй, - произносит негромко, и силится улыбнуться.
Ничего не отвечаю, разглядываю.
Я поторопился, когда дал ему около сорока, вблизи хорошо видно, что он гораздо старше. Под полтинник, не меньше, хотя, надо отдать должное, подтянут и ухожен.
Волосы с проседью, стильно уложены и зачесаны у висков. Хорошо сидящий дорогой костюм от известного дизайнера. Часы на запястье ценой со среднестатистическое авто. Плащ, что висит на локте, завершает образ, и определенно соответствует по стоимости всему остальному.
В целом, мужик производит впечатление вполне, я бы сказал, очень хорошо обеспеченного бизнесмена.
- Ты…Как тебя зовут? – задает он новый вопрос.
Не очень уверенно, а я непроизвольно хмурюсь.
- Простите…
- Это ты прости, - вздыхает мужчина. – Что я вот так внезапно. Это странно, но…Ты очень сильно похож на одного человека. Моего погибшего много лет назад приятеля. Точнее сказать, моего хорошего друга. Его звали Сережа. Сережа Шахов.
- Что?
- Ты ведь Игнат? Ты…очень на него похож. Я приезжал в гости к Сереже с Ритой, когда ты только родился. И потом еще несколько раз. Не часто, так как был сильно занят в те времена. Развивал здесь, в Питере свой бизнес. Это сейчас, задним числом, все кажется простым, как дважды два, а тогда…Думал, впоследствии, объединить бизнесы с твоим отцом, но…Ээээ…Можно, я присяду?
Сглатываю, и киваю.
Сердце против воли болезненно и тяжело сжимается.
Я…очень много и долго мечтал о том, чтобы встретить кого-то из знакомых своих родителей. Расспросить…Да просто тупо порадоваться, что кто-то о них еще помнит. Но…
Вначале это не представлялось возможным. Хотя бы потому, что мне было слишком мало лет. А потом…Выяснилось, что мы переехали в город незадолго до аварии. Складывалось впечатление, что родители не успели обзавестись никакими новыми друзьями.
Я…смирился давно.
И вдруг…
- Присаживайтесь, - медленно произношу я, с трудом разлепляя губы.
Боюсь спугнуть удачу.
А что, если бы Алиса не углядела эту кофейню, не предложила в нее зайти, и мы прошли бы мимо?
- Спасибо, - кивает мужчина.
И суетливо, словно боясь, что я передумаю и отошью, попросив не приставать с разговорами, усаживается напротив…
Алиса
Юркаю в женскую уборную, встаю перед зеркалом и подставляю ладони под кран с холодной водой.
Делаю вдох, и, полностью контролируемый, медленный, призванный хоть немного успокоить и притормозить мои стремления выдох.
Будто бы очищаю легкие. Потому что…
Все это время чувствовала себя так, словно надышалась высококонцентрированными парами алкоголя. Будто весь воздух сегодня пропитан Им, и я вбираю в себя, и не могу никак остановиться.
Что я делала всю дорогу, пока мы не заглянули сюда, в эту кофейню?
Боже. Я приставала. Нагло и бесцеремонно. Я осмелела в край, и прикасалась к Игнату то и дело.
И не могла никак себя затормозить. Руки будто бы сами тянулись. А когда поняла, что он не особо и сопротивляется, тогда мне и вовсе удержу не стало.
Дошло до того, что я буквально висла на нем, и зарывалась пальцами в его непослушные, словно приглашающие их потрогать, волосы.
Наконец.
Я столько лет неосознанно об этом мечтала, а уж когда дорвалась…
Я жмурилась, словно мы идем не по пасмурной набережной Питера, а прогуливаемся вдоль берега под палящими лучами жаркого Мальдивского солнца. По крайней мере чувствовала я себя именно так, как на самом лучшем дорогом и фешенебельном курорте.
С ощущением праздника в душе и осознанием, что именно сейчас и здесь я нахожусь в самом центре благосклонной ко мне, радужной и лучшей в мире вселенной.
Что я ему плела? Не помню, и, если бы меня пытали, не ответила.
Вроде бы пыталась шутить и рассмешить его. И вроде бы мне это удавалось.
