– Нет-нет-нет, так не пойдёт! – Догерти протестующе вскинул руку, и над императором появилось тёмное облако, которое облепило его от шеи до ног, словно кокон из паутины, лишая возможности двигаться.
Маг щёлкнул пальцами, и спелёнутый в чёрную субстанцию Тинтуриан упал прямо перед нами.
– Тин! – кинулась я к своему заступнику, видя, как пол вокруг него обагряется кровью, но Догерти решительно перехватил меня за талию.
– Не советую, непоседа, – шикнул он на меня. – Эти нити токсичны для беременных.
Разумеется, я тут же перестала вырываться. Ноги подкосились, и я тихо осела на пол, прямо перед лицом Тина.
– Прости, маленькая, я не смог, – прохрипел он, глядя на меня так, что сердце разрывалось в клочья.
Пол под ногами снова затрясся, и я с удивлением посмотрела на экран.
– Вот посмотри, что ты наделала! – с упрёком заявил маг, махнув на вышедшего из спячки голема, который кидался на стены пещеры, как безумный. – Ещё немного, и он прорвётся к нам, а мой резерв уже на исходе. Ты перекрыла каналы, связывающие меня с големом, так что без обид, но теперь мне нужна твоя магическая энергия, чтобы остановить Дардивэйда! – он положил руку мне на макушку, и голову пронзила такая резкая боль, что я невольно вскрикнула.
– Стой, Догерти, не трогай её! Она ещё не умеет открывать свои магические потоки, ты же видишь! Возьми лучше у меня, я разрешаю! – выкрикнул Тинтуриан, извиваясь на полу, как большая чёрная гусеница, истекающая кровью.
– Ладно, – неожиданно легко согласился маг. Он убрал с меня руку, и боль тут же ушла, оставив после себя лёгкое головокружение. – Твоя императорская магия тоже сойдёт, – кивнул он Тину и, присев, накрыл его лоб ладонью.
Я думала, что парень дёрнется от боли, но он лежал спокойно, лишь время от времени обессиленно закрывая глаза. Вдруг его лицо начало меняться, приобретая более мужественные черты, и даже тело стало больше и массивнее – судя по тому, как кокон увеличился в размерах. Только что передо мной лежал восемнадцатилетний юноша, и тут бац – я вижу перед собой своего ровесника. Ещё несколько секунд – и на лице Тинтуриана появилась небольшая, но довольно сексуальная щетина, подбородок обрёл более квадратную форму, а в уголках глаз стали заметны небольшие морщинки. Теперь он выглядел лет на тридцать.
– Хватит! – поднявшись с пола, я настойчиво дёрнула Догерти за рукав. – Остановись, он же ранен!
– Хорошо, на первый раз достаточно, – маг облизнулся, как сытый кот, объевшийся сметаны, а Тень над его головой, судя по мимике, пребывала в персональной теневой нирване или просто под кайфом и даже послала мне воздушный поцелуй.
Встав на ноги, Догерти неожиданно застыл.
– Нет, этого не может быть! Это просто невозможно! – он потрясённо уставился на экран.
А я снова чуть не расплакалась, но теперь уже от радости и огромного облегчения: позади беснующегося дракона заискрился белый портал, из которого выскочили Рон, Вальдис и Димитриан, выглядевший таким же взрослым, как и Тин.
На этот раз бой с големом напоминал избиение младенца.
За доли секунды обратившись в мощного драконита, Рон принялся активно поливать огнём песчаную тварь, которая металась по пещере в тщетной попытке найти укрытие.
Пока Даэрон с азартом гонял противника, превращая в пепел то одно его крыло, то другое, то хвост, Дима открыл на одной из стен ещё один портал, и они с Вальдисом ввалились прямо к нам.
– Тебе не справиться с моей магией! – как заправская кобра зашипел на генерала чёрный маг, создавая вокруг себя плотную защитную сферу.
Димитриан кинулся ко мне и заключил в успокаивающие объятия, а Вальдису хватило одного внимательного взгляда, чтобы убедиться, что я не ранена, и он тут же сосредоточился на враге. С приятным мелодичным «дз-з-зынь» он вытащил из ножен красивый серебристый меч и направил его на Догерти.
– А я не один, я с Ключами! – сдерживая ярость, ответил ему генерал.
– Дима, Тин ранен! – дрожащим голосом отметила я, кивая на чёрную гусеницу у дивана, которая не просто смотрела на нас, а откровенно любовалась.
– Не волнуйся, с ним всё будет в порядке! – заверил меня Димитриан. – Ты позволишь? – выразительно посмотрел он на мои губы, и я робко кивнула, не в силах отвести взгляд от его притягательного, мужественного лица.
Не медля ни секунды, Дима накрыл мой рот глубоким ласковым поцелуем, и я растворилась в тех ощущениях, что он мне дарил. Упоительная радость, чувство защищённости, эйфории, мягкость его губ, уверенные движения языка и манящий аромат сирени – всё это сплелось воедино в один восхитительный поток, накрывший меня с головой.
Странно, но даже с закрытыми глазами я продолжала видеть каким-то магическим внутренним зрением всё, что происходило вокруг нас.
Мне не было страшно, когда из рук Догерти вылетели два сгустка тёмного дыма и ринулись в сторону Вальдиса. Большой искрящийся купол укрыл генерала от атаки, а исходила эта защита от нас с Димой.
