И что за ерунда творится с Даниэлем, откуда у него такая сила? Это же не просто ускоренное выращивание пестиков и тычинок, это самая настоящая боевая магия, как у древних эльфов! Наверное, он продал за это душу, не иначе.
Нет, я бы справился с ним, я уверен. Я ж мужик. Дракон. А он – всего лишь эльф, хоть и с магией. И даже не разведчик. Но я всё ещё лелею надежду, что когда-нибудь мы станем семьёй. Его смерти вейсанта мне бы точно не простила.
Усевшись на крышу замка, я немного посокрушался о своей тяжёлой судьбе и снова вернулся мыслями к девушке и тому, что было в спальне Даниэля.
Нет, и всё-таки я благодарен коту. Конечно, этот мохнатый гад меня подставил, и я оторву ему уши с превеликой радостью, но всё же надо признать, что увиденная сцена ещё долго будет греть мою душу.
Хрупкая нежная женская фигурка, выгибающаяся как тростинка на ветру, от мужских ласк. Ох, как бы я хотел оказаться на месте этого везучего эльфа…
Ворвавшись в спальню, я поначалу застыл в оцепенении. Отец??? Обнимает Кристину? Почему она плачет? Какой смертник посмел обидеть мою жену?
Голову пронзила внезапная догадка, и внутри всё похолодело. Она так расстроена из-за меня. Потому что я бросил её в разгар любовных ласк и погнался за драконом…
И кто я после этого?
– Даниэль! – отец заметил моё присутствие и, продолжая успокаивать девушку, гладя её по голове, приветливо мне кивнул. – Поздравляю со вступлением в брак, сынок, – судя по голосу, он был очень доволен.
Но я рано расслабился: не повышая голоса, он тут же распёк меня за то, что я оставил молодую жену, не позаботился об обуви для неё и зря расходовал боевые артефакты, пытаясь убить своего подчинённого.
– У меня нет артефактов, отец, – пояснил я, сгорая от стыда за своё поведение. – Я не знаю, почему и как обрёл способности боевого мага.
Отец переглянулся с котом, вольготно расположившимся на моей постели, и внимательно посмотрел на меня.
– Как ты себя чувствуешь, Даниэль? – обеспокоенно спросил он.
Я прислушался к себе. Усталость, опустошённость и сильная злость на себя, но жить буду.
– Нормально, – сдержанно кивнул я, но отец всё равно всё понял по моему лицу.
– Такой большой, а врать не научился, – фыркнул пушистый предатель.
Возникло дикое желание создать в ладони ещё одну шаровую молнию и испепелить кота, но, на его счастье, я понимал, что он единственный, с кем может общаться Кристина.
Кей это прекрасно знал и с вызовом вскинул ехидную рыжую морду.
Нашу перепалку предотвратил приход Тайлериса. Сжимая в руках тёплые шерстяные носки, он подошёл к нашей жене и освободил её стройные ножки из-под покрывала.
Я приблизился к ним, желая помочь натянуть эти носочки Кристине, но Тай улыбнулся мне и сказал:
– Я сам!
Что??? Он говорит???
У меня отвисла челюсть.
Я не понимала, почему Кей обвинил Даниэля во лжи, и выяснять это даже не хотелось.
Поглаживания Райниэля оказывали на меня удивительный эффект: саднящая боль на ушибленной голове быстро прошла, словно её и не было, и я обмякла в его надёжных объятиях безвольной тряпочкой, чувствуя, как душа наполняется светом, теплом и необъяснимой уверенностью, что теперь всё будет хорошо.
Я умилилась, увидев, что Тай принёс мне носочки. А, когда он надевал их на меня, то коротко сказал что-то подошедшему к нам Дану глубоким сексуально-хрипловатым голосом, и у меня от удивления перехватило дыхание.
Судя по ошалевшему выражению лица Даниэля и вытянутой мордочке Кея, такая новость поразила не только меня.
– Офигеть… – выдал кот, хлопая глазами, и тут же развернулся ко мне. – Мышенька моя сладкая, а расскажи-ка нам всё-таки, откуда у тебя шрамы на спине? – спросил он так решительно, что я поняла: отмахнуться от этого вопроса не получится.
Даниэль помрачнел, Тай заметно растерялся, явно не понимая, о каких шрамах идёт речь, а я отстранилась от Райниэля и задумалась, какую версию им озвучить: краткую, совсем краткую или правдивую. И положившись на интуицию, решила выложить всё как есть.
