Полуавтобиографическая история о Джиме Керри от самого Джима Керри и его соавтора, журналиста, Даны Вачон, – о том, что сколько грусти может скрываться за маской самого веселого человека. Для читателей от 18 лет.Знакомьтесь, Джим Керри. Безумно успешный и любимый миллионами актер, он утопает в богатстве и почестях, но чувствует себя одиноко. Прогнать ощущение пустоты и скуки не помогают ни походы к всевозможным гуру, ни объятия с собаками, ни мудрые советы его лучшего друга Николаса Кейджа.И вот дела начинают налаживаться. Джим встречает Джорджи – любовь всей своей жизни. Оскароносный сценарист Чарли Кауфман предлагает ему сыграть в своей новой картине – наконец-то достойная «Оскара» роль! Но у Вселенной совсем другие планы…«Только правда и ничего кроме вымысла» – смелый полуавтобиографический роман с поистине голливудским размахом. Это история об актерской игре и кино, агентах и знаменитостях, дружбе и романтике, пристрастии к славе и страхе ее потерять, а еще о катастрофическом конце света, апокалипсисе – внешнем и внутреннем.Для кого эта книгаДля поклонников таланта Джима Керри.Для тех, кто интересуется закулисьем Голливуда.Для читателей автофикшна и биографий.Для тех, кому интересно узнать больше о жизни знаменитостей.На русском языке публикуется впервые.
© 2020 by Some Kind of Garden, LLC
This translation published by arrangement with Alfred A. Knopf, an imprint of The Knopf Doubleday Group, a division of Penguin Random House, LLC
© Издание на русском языке, перевод, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2023
Моему старшему брату Джону
Имя человека – это ошеломляющий удар судьбы, от которого ему так и не суждено оправиться.
Его звали Джим Керри.
К середине декабря солнце превратило газон в блеклое соломенное пятно. По вечерам на десять минут – как и положено по городским нормативам – включалась поливалка, и изможденные травинки безучастно оседали в лужицах, точь-в-точь как волосы его умирающей матери на вспотевшем от морфия лбу.
Лос-Анджелес с апреля – истинное пекло: водохранилища пересыхают, воздух обжигает легкие, а прогнозы погоды щелкают, будто четки садиста: 36–36,5 – 40–39. На прошлой неделе по сизому небу полоснул, словно нож-выкидушка, F-16[1] – как раз в тот момент, когда садовника из особняка на Колибри-роуд хватил солнечный удар. Мужчина бился в судорогах, пока его пытались перенести в помещение, и вопил, что за три доллара договорился на медленный танец с Пресвятой Девой в живительной прохладе каньона.
Ночью в город приходит Санта-Ана. Этот дьявольский ветер оставляет от человека пустую оболочку; он развлекается воем полицейских сирен, пока зловещий оранжевый закат не догорит, осев на небе пурпурной копотью. А по утрам смог, пройдя ущелья, подбирается к его дому, сочится сквозь воздушные фильтры с новыми датчиками паралитического газа и обдает особняк своим смрадным дыханием.
После расставания и катастрофы прошло уже несколько месяцев. От прежнего Керри ничего не осталось: обросший и безучастный, он валялся голышом на постели. Не иначе ливанский заложник – подумали бы вы, взломав в этот момент камеры наблюдения. И все же, вглядываясь, не смогли бы отделаться от подспудной мысли: «
– Я знаю этого парня! Он везде – на билбордах, постерах и даже на коробках с кукурузными хлопьями. Это же кинозвезда – Джим Керри!
Всего несколько недель назад какой-то гад из его многочисленной охраны слил в The Hollywood Reporter тридцать секунд видеозаписи. Керри трепыхался в бассейне, обхватив колени руками и завывая под водой, как косатка, угодившая в сеть. Пресс-секретарь Сисси Бош заявила Variety, что Керри готовится к роли Иоанна Крестителя в фильме Терренса Малика, а тот, в свою очередь, благоразумно отказался от комментариев. За видео заплатили пятьдесят тысяч долларов. Достаточно, чтобы сыграть на самом святом из атавизмов – спонтанной реакции рынка.
Когда через забор вскарабкался пятый папарацци, охране пришлось нарастить ограду до четырех с половиной метров, опутать колючей проволокой и пропустить ток. Работы обошлись в восемьдесят пять тысяч долларов с учетом взятки для местной администрации. С тех пор со стороны забора регулярно доносились характерное шипение и визг попавшей под ток дикой живности. Джим расценивал происходящее как печальную необходимость, жертвоприношение братьев меньших своему божеству. Нашлись те, кто поверил в историю про Иоанна Крестителя, однако большинство по-прежнему не могло понять, почему Керри располнел и всхлипывал с отчетливым китайским акцентом.
Будильник показывал 2:58.
Керри не отрывался от телевизора уже семь часов.
Он смотрел все подряд. Сначала серию Ancient Predators про мегалодона, гигантскую акулу, тиранившую обитателей древних морей. Потом Cro-Magnon vs Neanderthal – историю первобытных племен, к моменту битвы за Европу позабывших об общих африканских корнях и сцепившихся в смертельной схватке. Кроманьонцы безжалостно истребляли кузенов, и голодные неандертальские сироты во французских пещерах смотрели на вьюгу, окончательно и бесповоротно – Джим это знал – укрывшую прошлое своим белым полотном.
У всех канадцев с французскими корнями, говорилось в фильме, есть неандертальские гены.
– Боже, боже…
