ДАНИЛА ВРАНГЕЛЬ. Только приняв Дьявола можно стать Богом
Писатель — певец, поющий на волне человеческих душ.
Это определение касается любого творчества.
Естественно, и очень естественно, желание петь. Но, в отличие от птицы, поющей одиноко в рассветной мгле, наедине с природой, стандартный писатель часто хочет орать как пьяная горилла на весь лес! На весь мир! Это поет механик человеческих душ!
Никто его не в силах остановить. Никакие рецензии механику, пытающегося своей волей стать священником, его не удержат, если он добрался до пера.
Что естественно и нормально в контексте единства и борьбы противоположностей.
Творчество это работа по наитию, работа с подсознанием, работа с воображением, работа с безумной составляющей частью психики. Только полностью осознавая это, можно отдаться на волю волны наития.
Механики не знают, что такое наитие. Они знают, что такое внимание.
Что тоже нормально и является мотивом, недостающим тем, кто хочет, но вообще ничего не может.
Но как же определить, кто графоман, то есть настоящий пишущий сумасшедший, а кто просто подобие павлина, желающего внимания лично себе, а не творениям, которые на самом деле принадлежат неведомо кому?
Павлин это труженик строительства памятника самому себе. Он великолепно оттеняет энтропию общей массы людей всё прекрасно понимающих, но ничего не могущих сказать.
Павлина часто можно вычислить просто по внешнему виду его виртуальной страницы. Там непременно будет длиннющее эпиграф–резюме, очень много сообщающее об авторе, о его серьезности, значимости, таланте, творческих способностях, и вообще, очень достаточно какой угодно информации. Он всегда будет заполнять виртуальный литературный дневник, зная, что эти записи кто–либо будет читать. Поэтому, там будет сколько угодно клоунады.
Нужно сказать, что это вполне естественно и нормально в понятиях норм корпоративности.
Классические павлины стараются собираться стадом, потому что в одиночку у них не хватит моральных сил держаться на плаву и не упасть духом от смысла текстов, какие они набирают на клавиатуре и которые нуждаются в психологической поддержке биологической среды стада. Кроме того, стадо – это круто.
И это также естественно и нормально в сложившихся отношениях ментальной сферы определенного круга механического чуда пишущей клавиатуры.
Все это можно наблюдать на множестве русскоязычных ресурсов.
Павлины создают литературные клубы. Выбирают председателей. Проводят конкурсы, привлекающие внимание к особам руководящим этими соревнованиями, не нужными настоящему творцу, который всегда одинок. Конкурсы необходимы подобию низколетящих попугаев, ждущих похвалы и машущих крылышками в предчувствии внимания, которого так хотят. Они часто копируют чужие творения, но не в силу желания украсть чужое, а от бессилья создать свое, чисто графоманское видение мира, объединенное лишь только своим эго.
Что вполне нормально и ничего удивительного в этом нет.
Павлины постоянно пишут рецензии, для контакта с такими же любителями домино. У некоторых авторов рецензий почти столько же, сколько читателей. Часто павлины пишут открытые письма, где проповедуют нравственность стада, не понимающего, что истинному графоману наплевать на мнение посторонних.
Но механики человеческих душ не пресекаются с графоманией.
Ещё механика можно определить по количеству рекомендуемых им писателей. Если это только не его клоны. И если это не единичные, реальные авторы, которых никак не может быть много.
Максимальное количество рекомендуемых имен может быть не более трех, максимум пять. В противном случае происходит девальвация понятия рекомендации, превращаемой в стадный номер.
Естественно, есть исключения в виде добрых людей, желающих человеческого общения и чистого искусства, какое бы оно ни было. Это самая естественная, человечная и благодарная категория людей, не числящихся в сообществах и клубах и совершенно нормальных в своих устремлениях. Это золотое исключение, которого мало видно, но оно есть. Под вышеперечисленные критерии они не попадают при любом совпадении определения.
Публикующиеся же на главных страницах литературных сайтов люди совсем другой категории. Это толпа эксгибиционистов.
Что также вполне нормально и естественно.
С этим написанным текстом не может не согласиться вдумчивый и умный человек.
Также он не может не согласиться с тем, что писатель это подобие духовного вампира, питающегося лучами внимания, и только полностью понимая, принимая и не скрывая этот мотив, он может спокойно быть собой.
Люби Дьявола в себе. Это он творит, а не ты.
Творит дьявольское желание быть Богом своего мира, который важнее всех миров!
Только приняв Дьявола, можно стать Богом.
