– Извините меня, – быстро ответила она. – Я должна была предупредить вас заранее, что утро здесь бывает довольно бурным. Нужно полить растения, они не могут ждать. Утро пятницы еще хуже, потому что мне нужно звонить по телефону и собирать заказы на поставки в понедельник. А сегодня даже хуже, чем обычно, потому что Марта болеет всю неделю. – Она улыбнулась.
От гунна Атиллы до ангела, и все, что для этого потребовалось – улыбка. Он мог бы смотреть на эту улыбку всю оставшуюся жизнь. Ой! А ЭТА идея откуда пришла к нему в голову? Макс быстренько собрал свои разбегающиеся мысли.
– Я тут составил список некоторых предметов, которые понадобятся вам, чтобы привести в порядок контору. Я обычно имею дело со складом офисного оборудования на противоположном конце города, но если вы знаете кого-нибудь, кто продаст вам дешевле, – это ваше право.
– О каком именно оборудовании идет речь? – осторожно спросила Кейтлин, подводя мысленно баланс расходов фирмы.
Макс вынул маленькую записную книжечку из кармана рубашки и начал читать:
– Один картотечный шкафчик на четыре ящика, приличный калькулятор, скрепки, синие и красные ручки… – Макс поднял глаза. – Вам известно, что у вас здесь только одна ручка, и к тому же зеленая?
– Я люблю зеленый цвет, – пробормотала Кейтлин. – Продолжайте. Что еще?
– Блокноты, картонные папки и конверты, хороший гроссбух…
– Что-нибудь еще? – перебила Кейтлин.
– Еще одно. Я вам усиленно рекомендую приобрести компьютер.
– Компьютер? Ни в коем случае! – И дело было не только в расходах. Кейтлин ненавидела машины, даже автомобили. У них с фургончиком существовала нелегкая договоренность. До тех пор, пока он доставляет ее туда, куда она хочет поехать, она не сдаст его в металлолом. С компьютерами у нее не было соглашения. Она ненавидела их, и они ненавидели ее. Застыв от ужаса, Кейтлин слушала, как Макс начал петь хвалебную песнь компьютеру.
– … И он может усовершенствовать систему отчетности и ведения счетов. Он может даже рассчитывать зарплату служащим.
– В этом нет необходимости, – сказала Кейтлин. – У меня всего три служащих, кроме меня.
Макс продолжал, будто не слышал ее:
– … И он может вести текущий учет.
– Никакого компьютера.
– Послушайте, я понимаю, что это довольно большое первоначальное вложение денег, но оно оправдывает себя. Даже маленький персональный компьютер может сэкономить сотни человеко-часов.
– Никакого компьютера.
– Но они очень эффективны и позволяют исключить ошибки, допускаемые людьми.
– Мне нравятся ошибки, допускаемые людьми. Зато я не люблю компьютерных ошибок. – Кейтлин говорила очень горячо.
Ей следовало предвидеть, что эксперт по эффективности будет помешан на компьютерах. Она обещала Арни, что последует советам консультанта, но против компьютера она будет сражаться с Максом до последнего вздоха. Лучше всего сразу же дать ему понять свою точку зрения, потому что, если Макс заговорит о нем с Арни, она пропала. Арни вцепится в эту идею двумя руками.
– Никаких компьютеров, мистер Шор. Никаких, ни единого, ноль.
– Хорошо, хорошо. Не надо так горячиться по этому поводу.
– А я и не горячусь! – Кейтлин осознала, что почти кричит. Она замолчала, шокированная. Она не кричала уже многие годы. Она всегда держала свои эмоции в узде, предпочитая ничего не принимать слишком близко к сердцу. Но в Максе Шоре было нечто такое, что заставляло ее раздражаться. По правде говоря, все ее тело приходило в возбуждение.
Чувствуя неловкость, Кейтлин отвернулась и стала гладить кота, все еще возлегающего на картотечном шкафчике. Кот замурлыкал, издавая глубокий рокот удовольствия, и перекатился на спину.
– Будь я проклят! – тихо прошептал Макс и, когда Кейтлин подняла на него удивленный взгляд, объяснил: – Этот кот все утро только и делал, что ворчал и шипел на меня.
– Шарлемань? Он и мухи не обидит.
– Мухи – возможно, но готов поспорить, что он может победить в весовой категории питбулей, – пробормотал Макс, и почувствовал себя немного смешным. Кот выглядел таким мягким и безобидным, когда лежал вытянувшись на спине, подставляя для поглаживания живот. Он протянул руку, но только он прикоснулся к голове кота, как тот схватил руку Макса когтями и зашипел, предостерегая его от дальнейших проявлений фамильярности.
Кейтлин прошептала:
– Надо же! И я все эти годы даже не подозревала, что он – бойцовый кот.
– Ну, теперь вы знаете. Не будете ли вы так добры отозвать его?
– Он меня не послушает. Шарлемань, в основном, сам себе хозяин. – Кейтлин почувствовала самодовольное удовлетворение. Макс попался как следует. Пока он не двинет рукой, Шарлемань будет просто держать ее. Но как только Макс попытается пошевелить пальцами, кот возобновит нападение.
– И что же мне теперь делать? Стоять тут весь день и ждать, пока этот кот устанет?
