Она сосчитала до десяти. Больше она терпеть не могла. Ударив пяткой мышастую, Ева направила ее назад, чтобы выяснить, что случилось с Рено. Лошадь прижала уши и понеслась по ненадежному грунту. Наклонив голову, мышастая преодолела опасный участок.
Цокот копыт долетел до слуха Рено. К нему галопом неслась Ева. Мышастая перепрыгивала через камни, разбрасывала копытами песок, и едва не упала, поскользнувшись на отполированной до блеска породе.
Рено думал, что это заставит Еву придержать лошадь, но как только мышастая восстановила равновесие, Ева погнала ее тем же бешеным аллюром.
– Ева!
Она не слышала Рено.
Рено выехал из укрытия. Ева мгновенно осадила лошадь, и та, заскользив, остановилась.
– Какой же дурак… – заорал Рено.
– С тобой все в порядке? – перебила его Е)ва.
–…делает такие вещи!.. Естественно, все в порядке!
– Я услышала стрельбу, а потом стало тихо. Я звала тебя, но ты не отвечал…
Она водила тревожными золотыми глазами по телу Рено, желая убедиться, что он не ранен.
– Я чувствую себя отлично, – сказал он, понижая голос. – Если не считать того, что у меня сердце чуть не оборвалось, когда я увидел, как ты несешься по этому опасному участку.
– Я думала, что ты ранен.
– И что же ты собиралась делать? Затоптать стадо Слейтера в песок?
– Я…
– Если ты снова станешь выкидывать такие фокусы, я тебе всыплю по одному месту.
– Но…
– Никаких «но», – прервал он свирепо. – Ты могла на полном скаку оказаться под перекрестным огнем, и от тебя остались бы одни клочья.
– Я думала, что именно это случилось с тобой.
Рено сделал продолжительный вдох, чтобы погасить гнев. Ему приходилось бывать в различных переплетах, в него стреляли не один раз и не два, но никогда он не испытывал такого откровенного страха, как сейчас, при виде Евы, скачущей на бешеной скорости по ненадежному песку и скользким камням.
– На сей раз победа была на моей стороне, – сказал наконец Рено.
Ева с облегчением вздохнула.
– Им теперь понадобится некоторое время, чтобы снова решиться на нападение, – продолжал Рено. – Хорошо бы, однако, чтобы они решились побыстрее.
– Почему?
– Вода, – бросил он лаконично. – Этот каньон совершенно сухой.
Ева вопросительно посмотрела на Рено, когда он вернулся после осмотра бокового каньона. Суровая складка у его рта сказала ей, что ничего утешительного он сообщить не может.
– Сухо, – произнес он.
Она подождала.
– И тупик, – добавил он.
– Далеко?
– Милях в двух.
Ева взглянула на узкое русло, в конце которого парни Слейтера ждали добычи.
– Им тоже нужна вода, – заметила она.
– Один человек может сводить дюжину лошадей к воде… А другие в это время будут ждать, пока от жажды мы не совершим какую-нибудь глупость.
– Тогда нам надо проскочить мимо них. Улыбка Рено отнюдь не успокаивала.
– Я скорее рискну, – сказал он, – взобраться вверх по скале, чем попасть под их перекрестный огонь.
Ева взглянула на каменную стену, которая поднималась до неба.
– А как же быть с лошадьми?
– Они пойдут своим ходом.
Рено не сказал, однако, что пешеход в пустыне имеет немного шансов выжить. Но как бы ни были малы эти шансы, это лучше, чем попасть под ружья Слейтера, пробираясь узким каньоном.
– Решено, в путь, – заключил Рено. – Жажда будет все сильнее и сильнее.
Ева не спорила. У нее уже сейчас пересохло во рту. Она представляла, как мучались от жажды мустанги, которые покрыли огромное расстояние, а в каньоне была жара и духота.
– Сначала ты, – приказал Рено, – потом вьючные лошади.
Русло ручья сузилось и превратилось в еле заметную змейку. Над головой по небу плыли облака, с каждой минутой густея и образуя своего рода бурлящую крышу над сухой землей. Вдали гремели раскаты грома, озвучивая невидимые отдаленные молнии.
Рено увидел, как Ева с надеждой посмотрела на небо.
– Ты лучше молись о том, чтобы не было дождя, – произнес он.
– Почему?
Он указал жестом на стену каньона, которая находилась почти рядом с его протянутой рукой.
– Видишь эту линию? – спросил он.
– Да. Я все удивляюсь, откуда она взялась.
– Это отметка уровня воды.
Ева широко открыла глаза, глядя на линию над головой. Затем спросила:
– А откуда идет вода?
– С плато. Во время сильных гроз дождевой воды больше, чем ее может впитать почва. А в некоторых местах вода вообще не впитывается. Она потоком идет сюда. Такие узкие каньоны заполняются мгновенно на большую глубину.
– Ну и страна, – проговорила Ева. – Ешь песок или тони.
Уголки губ Рено слегка приподнялись.
– В разное время я был близок и к тому, и к другому.
Но никогда он не попадал в такую переделку, как сейчас: впереди тупик, позади банда, а между ними – жажда.
Рено внимательно осмотрел стену каньона. При взгляде на пласты пород у него родились кое-какие мысли.
– Подожди-ка, – сказал он Еве.
Ева остановила лошадь и посмотрела через плечо. Рено держался за выступ седла и рассматривал узкий каньон с таким видом, как будто не видел ничего более интересного за всю свою жизнь.
