И истаял еси яко паучину душу его. Душу, говорит, каждого грешника Ты, Господи, истончил посредством искушении: поелику искушениями Ты очищаешь ее от всякой грубости греха. Паук есть тончайшее животное, а особенно в ногах. Для чего? Чтобы они были способны ткать паутину или тончайшую ткань его. Итак, грех делает душу грубою, а злострадание и искушения истончают ее.
Обаче всуе всяк человек. Опять и здесь повторяет слово о ничтожности человека для большей достоверности. Здесь только недостает подразумеваемого из прежнего стиха — мятется, то есть, впрочем напрасно всякий человек мятется.
13. Услыши молитву мою, Господи, и моление мое внуши, слезь моих не премолчи. Слова — услышь и внемли, также — молитва и прошение мое, суть выражения, соответствующие и означающие одно и то же; а не будь безмолвен поставлено вместо — не презри, потому что молчат и не ответствуют просящему те, которые презирают его. Смотри, грешник! Божественный Давид просил Бога не просто и не как-нибудь, но со слезами, почему подражай и ему в этом.
Яко пресельник аз есмь у Тебе и пришлец, якоже еси отцы мои. Жителем называется постоянный и всегдашний жилец какого либо дома, или места, а переселенец, обитающий короткое время в каком либо доме, или месте, и переходящий в другое, когда хозяин дома, или места велит ему. Итак, Давид говорит, что я, Господи, житель у людей, поелику я властитель и господин моего дома и места: но когда Ты, Властитель и Господь всей земли, повелишь, я переселюсь в другой мир. Также и пришлец, пожив несколько времени на одном месте, опять возвращается в то место, откуда пришел. Так бывает и с каждым человеком: пожив немного времени в мире, он умирает телом и разрешается на составные свои части *).
*) Изъяснение сих слов в высшем смыслк, сделанное Бож. Максимом: Надобно знать, что деятельный человек называется странствующим во плоти, как прервавший чрез добродетели любовь души к телу — освободивший себя от обмана вещественности; а созерцатель называется странником касательно самой добродетели, как видящий истину в зерцалах и гаданиях. Ибо для него еще незримы чрез наслаждение лицем к лицу самостоятельные виды благ; потому что каждый святый в отношении к будущему ходит во образе благ, взывая: я странник и пришлец, как и все отцы мои. Феодорит: должно дивиться великому Давиду, что он, будучи царем богатым и сильным, называет себя переселенцем и странником, не позволяя себе надеяться на свое благополучие. По истине эти слова, исполненные мудрости, знающей свойство существ и посему презирающей настоящее благоденствие!
14. Ослаби ми да почию, прежде даже не отъиду, и к тому не буду. Сжалься, говорит, надо мною, Господи, и останови бич и наказание, терпимое мною, дабы, получив некое утешете, я мог отклонить скорби прежде своей смерти, как говорит бож. Кирилл, и прежде нежели, отойдя в то место, в которое отошли родители и прародители мои, я не буду, то есть, не буду более жить в этой жизни и существовать в настоящем мире *).
*) Некто безыменный говорит: Послаблением здесь называет прощение грехов, по причине которого отдых, прежде отшествия отсюда, составляет блаженство: потому что по смерти уже нельзя будет получить отдых чрез покаяние; почему? потому что мы более не будем существовать, не потому, чтобы мы пришли в небытие или потеряли существование, но потому, что не можем более измениться чрез обращение.
<p><emphasis>Псалом 39</emphasis></p>В конец, псалом Давиду
