«Внимайте вы (говорил он), которые убийствами думаете благотворить ближним и берете цену душ человеческих! Это милостыни иудейские или, лучше сказать, сатанинские. Есть, подлинно есть и ныне такие, которые, ограбив весьма многих, считают себя совершенно правыми, если бросят десять или сто златниц. О них-то пророк говорит: вы заставляете обливать слезами жертвенник Господа (Мал 2:13). Не хочет Христос питаться плодами любостяжания, не принимает Он такой пищи. Зачем ты оскорбляешь Владыку, принося Ему нечистое? Лучше ничего не давать, чем давать чужое. Скажи мне, если бы ты увидел двух человек, одного нагого, а другого в одежде, и, раздевши последнего, одел первого, то разве не неправо поступил бы ты?» (Свт. Иоанн Златоуст «Беседы на Евангелие от Матфея». 85, 3).
Блаженный Феофилакт, выразитель древних святоотеческих толкований, дает следующее объяснение притчи:
«Всякая притча (говорит он) прикровенна и объясняет образно сущность какого-нибудь предмета, но она не во всем подобна тому предмету, для объяснения которого берется. Посему не следует все части притчи изъяснять до тонкости, но, воспользовавшись предметом насколько прилично, прочие части нужно опускать без внимания, как прибавленные для целости притчи, а с предметом ее не имеющие никакого соответствия. Ибо, если мы возьмемся до тонкой подробности объяснять все, кто домоправитель, кто приставил его к управлению, кто донес на него, кто должники, почему один должен маслом, а другой пшеницей, почему говорится, что они должны были по сто… и если все прочее вообще будем исследовать с излишним любопытством, то мы затемним свою речь и, вынужденные затруднениями, может быть, дойдем и до смешных объяснений. Посему настоящею притчею надо воспользоваться, насколько это возможно».
«Господь (продолжает блаженный Феофилакт) желает здесь научить нас хорошо распоряжаться вверенным нам богатством. И, во-первых, мы научаемся тому, что мы не господа имения, ибо ничего собственного не имеем, но что мы управители чужого, вверенного нам Владыкою с тем, чтобы мы управляли им так, как Он повелевает. Воля же Владыки такова, чтобы вверенное нам мы употребляли на нужды сослужителей, а не на собственные удовольствия. Неправедным называется то богатство, которое Господь вручил нам для употребления на нужды братьев и сослужителей, а мы удерживаем его для самих себя. Когда же на нас доносят и мы имеем быть отставленными от управления имением, то есть исторгнутыми из здешней жизни, когда именно мы будем давать отчет в управлении имением, то узнаем, что в этот день мы не можем ни трудиться (ибо тогда не время делать), ни милостыни просить (ибо неблагоприлично), так как девы, просившие милостыни, названы глупыми (Мф 15:8). Что же остается делать? Разделить с братьями это имение, дабы, когда перейдем отселе, то есть переселимся из здешней жизни, бедные приняли нас в вечные обители. Ибо нищим во Христе назначены в удел вечные обители, в которые они могут принять явивших им любовь здесь через раздачу богатства, хотя богатство, как принадлежащее Владыке, сначала нужно было раздать бедным».
«Господь учит еще о том, что верный в малом, то есть хорошо распоряжавшийся вверенным ему имением в мире сем, и во многом верен (Лк 16:10), то есть и в будущем веке достоин истинного богатства.
