Толкование Евангелия полностью

Некоторые толкователи Евангелий говорят, что Господь в гневе, бичом из веревок выгнал из храма торговцев. Но толкование это неправильно. Бич из веревок был сделан для того, чтобы подгонять выгоняемый из храма скот, а не для того, чтобы бить им торговцев; торговцы беспрекословно подчинились могучему, властному взгляду на них Иисуса, и сами ушли за своим скотом; а скот нуждался в другом воздействии. Следовательно, бич из веревок, как не предназначавшийся для людей, не может и считаться орудием гнева. Да из всего повествования Евангелиста об этом событии нельзя найти даже намека на то, что Христос выгнал торгующих из храма с гневом. В словах Его – возьмите это отсюда и дома Отца Моего не делайте домом торговли, – слышится властный, повелительный, но вместе с тем спокойный, а никак не гневный тон. В отказе дать знамение опять-таки слышится не гнев, а сожаление, что сей род лукавый и прелюбодейный знамения ищет (Мф 16:4) для того, чтобы уверовать, хотя имел уже много знамений и ни одному из них не поверил.[22]

Праздник продолжался восемь дней. Евангелист Иоанн удостоверяет, что в эти дни Иисус Христос совершил много чудес. Какие это были чудеса – Евангелист не говорит; молчание его можно объяснить тем, что он писал свое Евангелие тогда, когда были уже написаны первые три Евангелия, в которых вообще было описано много чудес, совершенных Иисусом Христом.

Многие пришедшие на праздник, видя совершенные Иисусом чудеса, уверовали во имя Его (Ин 2:23), то есть признали Его за обещанного и пришедшего Мессию.

Но Сам Иисус не вверял Себя им, потому что знал всех (Ин 2:24). Хотя многие и уверовали в Него, но уверовали главным образом потому, что видели совершенные Им чудеса, а вера, основанная на чудесах, на знамениях, не может считаться истинной, прочной верой; люди, привыкшие видеть чудеса, для укрепления своей полуверы требуют новых и новых чудес, а когда таковые им не даются, то кончают неверием. Поэтому Христос не доверял таким людям, не был уверен в силе их веры. «Он не обращал внимания, – говорит Златоуст, – на одни слова, ибо проникал в самые сердца и входил в мысли; ясно видя только временную их горячность, Он не доверял им. Гораздо вернее были ученики, которые не знамениями только были привлекаемы ко Христу, но и учением Его. Он не имел нужды в свидетелях, чтобы знать мысли собственных Своих созданий» (Свт. Иоанн Златоуст. «Беседы на Евангелие от Иоанна». 24).

«Такое знание Его было непосредственное, не чрез людей приобретаемое, – говорит епископ Михаил, – но знание Свое, самобытное, без всякого посредства, Он Сам знал, что́ в человеке, какие его свойства, склонности, стремления и прочее. Один Бог вполне может знать все сокровенное в человеке без всякого посредства; если же Иисус обладал таковым ведением, то, значит, Он – Бог» (Епископ Михаил. «Толковое Евангелие». Т. 3. С. 72).

Изгнание Иисусом Христом торгующих из дома Отца Своего, произведенное, притом, так властно и с такой, явно не земной, силой, что даже синедрион не осмелился противиться этому, и совершенные затем Иисусом чудеса так сильно повлияли на евреев, что даже один из начальников иудейских, то есть членов синедриона, фарисей Никодим, захотел удостовериться, не Мессия ли в самом деле Этот Иисус из Назарета?

Этот самый Никодим, через два года после сего, когда первосвященники и фарисеи послали взять Иисуса, сказал им: судит ли закон наш человека, если прежде не выслушают его и не узнают, что он делает? (Ин 7:51). Он же присоединился к Иосифу Аримафейскому для погребения тела Иисуса и принес состав из смирны и алоя, литр около ста (Ин 19:39).

Он пришел к Иисусу ночью, отчасти из страха перед своими неверующими товарищами, ставшими уже в явно враждебное положение ко Христу, отчасти же, быть может, из желания не придавать своему посещению огласки, не увеличивать тем все возрастающую славу пророка из Назарета.

Принятый Иисусом Никодим говорит: «Мы (то есть фарисеи, книжники) знаем, что… таких чудес, какие Ты творишь, никто не может творить, если не будет с ним Бог; поэтому мы и признаем, что Ты учитель, пришедший от Бога» (Ин 3:2).

Таким образом, Никодим высказал свой, а быть может, и еще некоторых фарисеев, взгляд на Иисуса как на учителя (раввина), избранного Богом человека, пожалуй, даже пророка, но не Мессию.