— Извините-с, ваше-ство, не мог к сроку прибыть-с, потому жена вот была больна… Луиза вот… Лютеранка…
— Надеюсь, милостивый государь, — сказал толстый, подавая тонкому руку. — Надеюсь… Прощайте… Завтра на службу прошу…
Тонкий пожал три пальца, поклонился всем туловищем и захихикал. Жена улыбнулась… Нафанаил шаркнул ногой и уронил шапку. Все трое были приятно ошеломлены».
При включении «Толстого и тонкого» в собрание сочинений Чехов внес в рассказ стилистические исправления.
