Том 1 (1970-1975) полностью

Б. В. Ракитский в своих книгах нигде прямо не указал, является ли трудящийся при социализме носителем общественных интересов или эту функцию выполняет лишь общество в целом, представляемое государством. Оставлять этот вопрос невыясненным и, более того, давать определение личных интересов как не включающих в себя общественные в качестве ядра и главного содержания — значит оставлять не просто лазейку, а распахнутую дверь для немарксистских, буржуазных трактовок социализма. Буржуазные идеологи изображают социализм строем, в котором общественные интересы существуют как нечто чуждое непосредственным производителям, никто лично в построении коммунизма не заинтересован, и все понуро бредут вперёд, лишь понукаемые большевистским государством. Исходя из такого представления о социализме буржуазные советчики предлагают в максимальной степени сократить сферу централизованного планирования и управления, отказаться от директивных и административных методов управления и заменить государственное управление стихийностью товарно–денежных отношений.

Трудно согласиться и с трактовкой коллективных интересов, которую даёт Б. В. Ракитский. «В чём, — пишет он, — состоит интерес социалистического предприятия, или, что то же самое, интерес коллектива? Он состоит в получении возможно большего поощрения от общества за выполнение государственных заданий».[139] Здесь отсутствует главное в содержании интересов производственного коллектива социалистического предприятия: первостепенное обеспечение общественных интересов. Из этого определения вытекает, что производственному коллективу выгодно получать за выполнение заданий возможно большее «поощрение» и этим круг его экономических интересов исчерпывается. Между тем каждый коллектив при социализме в силу своего положения в структуре общественного производства объективно заинтересован во всём, что способствует росту общественного производства и развитию социалистического общества, и общественные интересы входят в круг его экономических интересов, причём в качестве не просто составной, но главной его части.

На этом основана социалистическая система взаимоотношений между предприятием и обществом: управление предприятиями осуществляется так, чтобы они, стремясь выполнить общественный заказ, получали и высокую прибыль. Той трактовке, которую интересам коллектива даёт Б. В. Ракитский, соответствует прямо противоположная схема. По мнению Г. Лисичкина, нужно «так управлять предприятиями, чтобы они, стремясь увеличить свою прибыль, выполняли в то же время общественный заказ».[140] Но ведь речь должна идти не о товаропроизводителе, работающем на заказ, для которого дело обстоит именно таким образом, а о социалистическом предприятии, ведущем непосредственно общественное производство. В противном случае легко прийти к тому, к чему и пришёл Г. Лисичкин, — к отрицанию общественной собственности на производимый предприятием продукт: «Ориентация на валовой доход обеспечивает такое положение, когда предприятие становится собственником созданного им продукта».[141]

Единство действий производственных коллективов при социализме может быть обеспечено только благодаря единству интересов, благодаря тому, что общественные интересы составляют ядро экономических интересов непосредственных производителей материальных благ, и именно на эти, общие для всех интересы и опирается социалистическое государство при организации планового централизованного управления экономикой.

Заключая, подчеркнём, что общественные интересы при социализме имеют классовый характер и суть интересы рабочего класса, выражающего коренные интересы всех трудящихся. Они оказывают решающее влияние на всю экономическую жизнь. Интересы, совпадающие по направлению с общественными, непосредственно присущи каждому трудящемуся и коллективу и составляют ядро их экономических интересов. К этим выводам можно прийти, рассматривая экономические интересы при социализме как объективную характеристику социалистических производственных отношений, характеристику того положения, которое трудящиеся в них занимают.

Вопрос о роли социалистического государства в использовании экономических законов в литературе решается по–разному, в зависимости от того, как понимается общественная собственность на средства производства. Целесообразно поэтому начать с выяснения этого понятия.