Б4.
(32) Еврипид, «Андромаха» (420–410‐е годы?). Несплетенная: патос 1— гонимость и самопожертвование Андромахи, патос 2 – гибель Неоптолема; чередование основного и контрастного действия
Экспозиция:
1 часть, патос Андромахи:
2 часть, контраст:
3 часть, патос Гермионы:
4 часть, контраст:
5 часть, патос Неоптолема:
Пятичастность – оттого, что средняя часть, развивая контраст патосу протагониста, обернулась патосом антагониста (эта амбивалентность и позволяет считать трагедию как двух-, так и трехходовой) и между тремя частями патоса вдвинулись две части контраста.
В. Трехходовая трагедия:
(33) Еврипид, «Троянки» (415 год). Трехходовая, несплетенная, патос 1–2–3 – судьба Кассандры, Андромахи, Астианакта; чередование основного и контрастного действия –
Экспозиция:
1 часть, патос Кассандры:
2 часть, патос Андромахи:
3 часть, контраст:
4 часть, патос Астианакта:
Три хода связаны этосом Гекубы. Четырехчастность – оттого, что контрастный эпизод вставлен лишь один, причем между теми ходами, которые теснее друг с другом связаны. Контрастный эпизод близок к тому, чтобы стать патосом антагониста, как в «Андромахе».
Тридцать три трагедии – это, конечно, слишком малый материал для статистического обследования. Но некоторые простейшие подсчеты напрашиваются здесь сами собой и дают довольно неожиданные результаты:
• патос налицо в 16 трагедиях, антипатос («счастливый конец») – в 12, амбивалентный – в 5;
• контрастное движение (перелом) налицо в 23 трагедиях, в том числе в 10 с патосом, 10 с антипатосом и 3 амбивалентных;
• механема налицо в 16 трагедиях, в том числе в 11 с антипатосом;
• узнание налицо в 7 трагедиях, причем в 6 из них оно сопровождает механему и только в одной (в «Царе Эдипе») независимо от нее;
• гикесия налицо в 7 трагедиях, причем в 5 из них составляет основу сюжета и в двух («Геракл», «Андромаха») – попутный его эпизод.
Это позволяет сделать следующие наблюдения:
(а) Трагедии кончаются трагически гораздо реже, чем это казалось и нам, и Аристотелю: более одной трети всех сохранившихся трагедий имеют несомненно счастливый конец, причем у Эсхила с Софоклом (5 трагедий из 14) и у Еврипида (7 из 19) доля эта одинакова: утверждение Аристотеля, что Еврипид – «трагичнейший из поэтов» (1452а29), наличным материалом не подтверждается.
(б) Контрастное движение является более характерным признаком трагедии, чем финальный патос: 16 трагедий с патосом составляют 50%, а 23 трагедии с контрастом – целых 70% общего числа. При этом в трагедиях с антипатосом контрастные движения присутствуют относительно чаще, чем в трагедиях с патосом: по существу, из 12 трагедий с антипатосом не имеют контрастного хода только две, и обе нетипичные – бездейственные «Евмениды» и сатировская драма «Киклоп». Такое тяготение объяснимо. Для трагедий с патосом, кроме сюжета с оттенением, возможен и сюжет с нагнетанием; для трагедий с антипатосом, по-видимому, этот путь закрыт: если вообразить драму, которая начинается резко трагическим положением, а потом по ходу действия напряженность плавно слабеет и все кончается благополучно, то вряд ли такая драма будет восприниматься как трагедия. Отсутствие реального патоса в финале должно компенсироваться непременным наличием мнимого патоса в контрасте.
