напряженье растет,водосточные трубы искрятвенки на асфальтепропитаны потом солдатжадность и завистьсидят по темным пивным —ждут Гинденбургаи того, кто бывает за нимтяжелые временав жлобском городе,знакомые именав жлобском городебеглецы четвертой волныначинают свой танец,и в порту эмигрантовждет Летучий Голландецкапитан, проверяющий визы,не подаст им и вида,что этот город зовется Помпеи,а континент — Атлантидаконтролеры в трамваяхставят на лица печать,изолентой заклеив глаза,чтобы не замечатьскелет на скелете коня,въезжающий в городу него очень много имени одно из них — голодне позднее 1997<p>Дождь</p>куда идет дождь?он идет сверху внизты идешь под дождемзапах мокрых волос —это запах дождяу тебя нету денег,но дождь ничего не стоит,а тебе ничего не нужно,кроме дождяпрозрачные пальцыскользят у тебя по спинедождь сводит тебя с ума,он касается губ и сосков —и он шепчет слова,он шепчет на ухо словачего хочет дождь?он хочет тебяпочему ты раньшене замечала его?он большой и сильный,он приходит с небес,не задавая ненужных вопросовцелует твои глазачто может быть проще —целует твои глазачто может быть проще —целует твои глазакто может быть лучше,чем дождь?не позднее 1990-х<p>Катерина</p>Катерина сгорает быстрее свечей,Катерина угасает быстрее, чем свет,Катерина убегает от нас, как ручей,никогда не доедая шоколадных конфетона стареет в день на тысячу лет,но лицом молодеет за часом часу нее есть наверное какой-то секрет,недоступный для насКатерина родилась еще до пирамид,Катерина созерцает двухтысячный векесли верить всему что она говорит,ей известно все, что делает любой человекя коснусь ее груди, я коснусь ее бедраона скажет: оставь, мне надоела играэто то же, что я видела позавчеразачем повторять еще разя учусь у нее не страдать от жажды,я учусь парить, не цепляясь за вещиа когда я по привычке что-то делаю дважды,то я слышу ее голос вещийне позднее 1990-х<p>Стеклянный ковчег</p>оставь все эти дела —сколько денег еще не хватает тебе,чтоб купить бутылку винаи выпить вместе со мной?наша судьбаснова в чьих-то холодных руках,но мы уже сытыпо горло войнойвсе, что здесь можно спасти,это тыи явсе, что здесь стоит любви,это тыи ястеклянный ковчег стоит на гореи ждет большого дождялюди смотрят нам прямо в глаза,но что они знают о нас?дети играют в прятки в саду,но что им до нас?весь этот мирнарисован на тонкой бумаге,а любовь — это способне видеть, что это обманне позднее 1990-х<p>Роза</p>
