Такое диво в кои веки:Совсем на днях сановник некий Сиротский посетил приют. «Великолепно! Превосходно! Ну, прямо рай: тепло, уют…Детишки – ангелы. А честь как отдают! И маршируют?» «Как угодно, – По отделеньям и повзводно…» «Быть может, „Славься“ пропоют?Восторг! Божественно! И этому виновник?..»Смотритель дал ответ: «Я-с и моя жена».«За все вам русское мерси! – изрек сановник. –Такая именно нам школа и нужна, С патриотической основой. Я очень ваш почин ценю.Я доложу о вас… Я в долг себе вменю…А здесь – столовая? Доволен и столовой. Позвольте мне меню.Как?! – вдруг вскипел наш гость. – Молочный суп… Жаркое… И это… это – в пост! Черт знает, что такое!»«Ваш-сясь! Питание… Малютки… Хилый рост… Из бедноты сиротки…Родные померли все больше от чахотки… Врачи…» «Врачи нахально врут! Не допущу потворства! С поста не мрут, А мрут – с обжорства!»* * * «Ведь этакий вандал!» – Иной читатель скажет гневно.А я б опекуна такого оправдал:Ведь он от голоду ни разу не страдал, А от обжорства – ежедневно!<p>Гастроном<a l:href="#c006053"><sup>*</sup></a></p>«Как звать тебя?» «Памфил Босой».«Подумать, гастроном какой тут объявился!»Заводчик так рабочему дивился:Бедняга-гастроном гнилою колбасой Давился.«Знать, заработки хороши?» –Хозяин вымолвил ехидно.«Куда! – вздохнул Памфил. – Гроши!»«Гроши? Оно и видно. Где мастер?» «Здесь!» «Пиши…За лишний жир… вот этому вот… графу… Целковый штрафу!»* * *Пожалуй, скажет кто: «Ну, мыслима ль когда,Хоть и в хозяине, такая подлость, друже? Так не бывает!» Господа,Бывает так, – хоть, правда, не всегда:По большей части – хуже!<p>Лицедеи<a l:href="#c006054"><sup>*</sup></a></p>Недавно случай был с Барбосом: Томила пса жара, Так средь двора Клевал он носом.А не заснуть никак! Усевшись на тыну, Сорока-стрекотуха Мешала сну. «Ой, натрещала ухо… И принесло же сатану!Чай, больше места нет?.. Послушай-ка, болтуха: Уж ты б… таё… Недалеко до лесу…Летела б ты, ей-богу, к бесу!» Сорока же – свое: То сядет, то привскочит, Слюною глазки мочит, Псу жалобно стрекочет: «Голубчик, не озорь! Ведь у меня, гляди, какая хворь: Я так измаялась, устала, – Пить-есть почти что перестала, – Вся измытарилась и сердцем и душой, Скорбя о братии меньшой! И ко всему щеку раздуло… вспухли губы… Ох, смертушка! Нет сил терпеть зубную боль!» «Щека и губы… Тьфу! – рычит Барбос. – Позволь, Трещотка чертова, кому бы Врала ты, да не мне. Где ж видано, в какой стране, – Уж разве что во сне, – Чтоб у сороки были… зубы?!»* * *
