Поэт наш прав: альбом — кладби́ще*,В нем племя легкое певцовПод легкой пеленой стиховНаходит верное жилище.И добровольным мертвецомЯ, Феба чтитель недостойный,Певец давно уже покойный,Спешу зарыться в ваш альбом.Вот надпись: старожил московский,Мучитель струн, гроза ушей,Певец чертейЖуковскийВ альбоме сем похоронен;Уютным местом погребеньяВесьма, весьма доволен онИ не желает воскресенья.<p>К Ив. Ив. Дмитриеву<a l:href="#comm002185"><sup>*</sup></a></p>Нет, не прошла, певец наш вечно юный,Твоя пора: твой гений бодр и свеж;Ты пробудил давно молчавши струны, И звуки нас пленили те ж.Нет, никогда ничтожный прах забвеньяТвоим струнам коснуться не дерзнет;Невидимо их Гений вдохновенья, Всегда крылатый, стережет.Державина струнам родные, пелиОни дела тех чудных прошлых лет,Когда везде мы битвами гремели И битвам тем дивился свет.Ты нам воспел, как «буйные Титаны*,Смутившие Астреи* нашей дни,Ее орлом низринуты, попранны; В прах! в прах! рекла… и где они?»И ныне то ж, певец двух поколений,Под сединой ты третьему поешьИ нам, твоих питомцам вдохновений, В час славы руку подаешь.Я помню дни — магически мечтоюБыл для меня тогда разубран свет —Тогда, явясь, сорвал передо мною Покров с поэзии поэт.С задумчивым, безмолвным умиленьемТвой голос я подслушивал тогдаИ вопрошал судьбу мою с волненьем: «Наступит ли и мне чреда?»О! в эти дни, как райское виденье,Был с нами он, теперь уж не земной,Он, для меня живое провиденье,Он, с юности товарищ твой.О! как при нем все сердце разгоралось!Как он для нас всю землю украшал!В младенческой душе его, казалось, Небесный ангел обитал…Лежит венец на мраморе могилы;Ей молится России верный сын;И будит в нем для дел прекрасных силы Святое имя: Карамзин.А ты цвети, певец, наш вдохновитель,Младый душой под снегом старых дней;И долго будь нам в старости учитель, Как был во младости своей.<p>Орел и голубка<a l:href="#comm002186"><sup>*</sup></a></p><p>(басня)</p>
