Дымилось небо, как лесной пожар.Откуда тучи брались, неизвестно.И день блестел на лезвии ножаБеспечно, безвозвратно и прелестно.Я звал Тебя, весна слегка мычала,Быть может, день или уже года,Но ты молчала, пела, отвечалаИ разговаривала как всегда.Летели дни, качались и свистели,Как бритва на промасленном ремне,И дождики, что легкие метели,Кружились надо мною и во мне.Пропала ты! Ты растворилась, Белла,В воздушной кутерьме святых ночей.Мечта, почто пред жизнию робела –Ужасной лампы в тысячу свечей?!Раздваивается на углу прохожий,Растраивается на другом углу.В ушко мне ветер входит – как в иглу.Он воздухом сшивает наши кожи…Я с улицы приоткрываю дверьИ снова вижу улицу за дверью.Была ли жизнь? Была; их было две:Два друга, два мошенника, две пери.Так клоун клоуна пустою палкой бьет,Довольные своим ангажементом,Иль гоночный автомобиль реветОт сладкой боли под рукой спортсменки.Но клоуны дерутся, не сердясь,И в гонщиц влюблены автомобили.И мы, в свое отечество рядясь,Не франтами всегда ль пред Вами были?
1926
<p>«На! Каждому из призраков по морде…»<a l:href="#c006014"><sup>*</sup></a></p>
А. Гингеру
На! Каждому из призраков по морде.По туловищу. Будут руки пусть.Развалятся, отяжелевши, орды.Лобзанья примут чар стеклянных уст.Бездумно дуя голосом, падут,Как дождь, как пепел, как пальто соседа.Понравятся, оправятся, умрут.Вмешаются в бессвязную беседу.Пусть синий, пусть голубизны голякИх не узнает, как знакомый гордый,Зад – сердца зад – публично заголя,Но кал не выйдет, кал любови – твердый.Они падут, они идут, иду.Они родились по печаль полена.Они в тебе, они в горбе, в аду –Одиннадцать утерянных колена.
Париж, ноябрь 1924
<p>«Воро́та-ворота визжат как петел…»<a l:href="#c006015"><sup>*</sup></a></p>Воро́та-ворота визжат как петелКак петли возгласили петухиСвалился сон как с папиросы пепелНо я противен я дремлю хи! хи!Который час каморы иль амураНо забастовка камерных часовЛишь кот им злостно подражает: ммурра!Спишь и не спишь. Немало сих особВалюсь как скот под одеялом таяКак сахар в кипяченом молокеКак ток палящий на продукт КитаяШасть мочится латунной по рукеИ я храплю простой солдат в душеСигнув от неприступного постояХозяйка повторяет букву «ше»Зане се тише но теперь не стоит
