Том 12. Пьесы 1908-1915 полностью

Мастаков. Не знаю, как я буду говорить с ним.

Софья Марковна. Ведь вы не чувствуете себя преступником? Чего же бояться?

Мастаков. Мало вы знаете людей.

Софья Марковна. А вот увидим. Где я буду?

Мастаков. Не надо бы этого!

Софья Марковна. Я сяду вот здесь, за шкафом… и прикроюсь драпировкой. (Улыбается.)Думала ли я, что буду принимать участие в такой удивительной истории?

Захаровна(входит, угрюмо). Не хочет он чаю. Звать?

Мастаков. Зови.

Софья Марковна. Видите — она меня не заметила… Вы смотрите же, не горячитесь!

Мастаков. А вдруг и вы попадёте со мной в капкан этот? Что тогда будет?

Софья Марковна. Молчите!

(Спряталась. Мастаков, вздохнув, смотрит в её сторону. Она выглядывает из-за драпировки, улыбаясь.)

Мастаков(с усмешкой). Забавно?

Софья Марковна. О, да… и жутко чуть-чуть! Шш… Идут!

(Стучат в дверь. Захаровна, пропуская Старика и Девицу, глухо ворчит. Старик крестится, глядя в угол, где кровать, потягивает воздух носом.)

Мастаков(кивая на Девицу). А эту зачем привёл?

Старик. Она везде со мной, как глупость моя.

Мастаков. Пусть уйдёт, я при ней не стану говорить с тобой.

Старик(усаживаясь в кресло у стола, спокойно). Как это — не станешь? Станешь. Ты её не опасайся, она, подобно земле, — немая; хоть бей её, хоть топчи — не закричит. А ежели меня начнут бить — закричит!

Мастаков(исподлобья смотрит на Девицу; она, любопытствуя, оглядывает комнату, щупает спинку кресла). Сядь!

Старик. Садись, Марина, ничего. (Подпрыгивает в кресле.)Стулья-то какие мягкие у тебя, как перина. А — темно, темновато. Больше нет свету?

Мастаков. Нет.

Старик. Темно живёшь. Хорошо, сыто, мягко, а — темно!

Девица. Дух хороший какой, будто ребячьим потом пахнет…

Старик. Сними колпак с лампы!

Мастаков. Зачем?

Старик. Светлей будет. Это глупость — свет прикрывать. Ну, вот… А чем угостишь?

Мастаков. Водки хочешь?

Старик(смеясь). Э, нет! Водочку я не стану пить, нет! Хитрый ты, Гусев…

Мастаков(ударив ладонью по столу). Ну, давай говорить!

Старик(вздрогнув). Ты не стучи зря-то! Ишь, словно из пистолета выпалил… Эти окошки куда выходят? Марина, — взгляни!

Мастаков. Ну, чего же тебе надо, Антон?

Старик(следя за Девицей). На двор, что ли?

Девица. На двор. Чёрное крыльцо сбоку…

Мастаков. Чего ты хочешь?

Старик. А чего бы мне, старичку, хотеть?.. Не знаю.

Мастаков. Говори сразу. Не издевайся, Антон, не серди меня…

Старик. А то — что будет?

Мастаков(вставая). А то я…

Старик(откачнулся в кресле). Ну, ну…

Девица. Вы не кричите, купец, тут — люди везде у вас, это вам нехорошо. Вы отодвиньтесь.

Мастаков. Молчи, девка!

Старик. Молчи, Марина, ничего! Я его знаю, он хоть горяч, да отходчив… Он добрый.

Мастаков. Что тебе надо, Антон?

Старик. А я ещё не надумал. Ты — потерпи, я исподволь придумаю…

Мастаков. Злой ты человек!

Старик. Мы все одного завода кони, только разной масти.

(Пауза.)

Старик(начинает говорить негромко и жалобно, но — быстро переходит в тон насмешливый и властный). Вот, Митрий, сидим мы с тобой друг против друга, оба — грешники, только я — отстрадал за грехи мои смиренно, но закону, а ты — бежал страдания-наказания. Я — высох до костей, а ты — распух в богатстве, на мягких стульях сидя. И вот — встретились мы. Я тебя семь годов искал — была у меня вера, что ты жив-здоров и в добром порядке. Да…

Мастаков. Говори скорее.

Старик. Не торопись, обожжёшься!.. Знаешь — как детишкам за столом говорят, когда щи горячие поданы? Не торопись — обожжёшься! Так вот — искал я тебя. Любопытно мне было поглядеть на смелого человека, который через закон перешёл. Христос за чужие грехи отстрадал, а ты за свой — не восхотел. Ты — смелый!

Мастаков. Я тому греху не причастен, я ошибкой осужден…

Старик. Все мы так говорим пред земным судом, друг пред другом, это я знаю! Я сам так говорил, в своё время…

Мастаков. Я жил доброй жизнью в эти годы…