Однако очень темно становится. Страх и трусость сломили в минуту храбрость мою. Я боюсь, чтобы мне прежде не закипеть на американском вертеле, нежели подружиться с дикарями. Они великие охотники до молоденького жаркого.
Цимара
(ударя его по плечу.)
Фолет!
Фолет
Ай! — а! это ты, Цимара! Не испугалась ли ты? что до меня касается, то я струсил.
Цимара
Разве не с тобою твое ружье?
Фолет
Со мною; но когда я трушу, то и пушка не поможет.
Цимара
Ты очень небоязлив. Послушай: Сорета звала меня в вашу деревню, и хотя я на Гусмана осердилась, но ни в чем ему отказать не могу.
Фолет
Сокровище, а не женщина! так и не отказывай!
Цимара
Поди же и скажи ему, что мы скоро к вам будем. Теперь нельзя для того, что брат наш следом идет за мною.
Фолет
Следом! — с американцами? пропал я! ах! я бы хотел иметь теперь рысьи ноги. Тут-то бы ты моей храбрости посмотрела! О Гишпания! Гишпания! там, бывало, вмиг стрячка дашь от неприятеля.
Цимара
А ты бегивал?
Фолет
Удавалось! — Надобно знать, что я вспыльчив и сердит, и если я сражусь, тогда пластом положу неприятеля; а потому-то профессор Дон Цапато, Педрилло, Фердинандо всегда мне говаривал: сердись издали!
Цимара
Но он уже близко!
Фолет
Близко? — вот теперь-то ты увидишь, что когда я рассержусь, тогда рысист, как заяц…
Цимара
(одна.)
Мне кажется, что брат мой строго за мной присматривает. Если он узнает, что я люблю гишпанца! — Он их ненавидит, и между тем любит пленницу свою Ельвиру. Я сама не любила гишпанцев; но приближилась к Гусману — сердце мое начало биться сильно, сильно и — я в нем нашла первого своего друга, полюбила его нежно и с ним всю Европу. Как это странно! Один человек может заставить любить целый свет!
Ацем
Оставь свой страх, нежная Ельвира, ты увидишь, что сердце американца нежнее, чувствительнее, нежели европейца; ты увидишь. — Ты здесь, Цимара? разве не знаешь, что за этою горою гишпанское селение? —
Цимара
Знаю. Что до этого за нужда?
Ацем
Берегись, если я что замечу!
Ельвира
Гусман! любезный брат! так я навсегда разлучена с тобою?
Цимара
(особо.)
Она сестра Гусмана! перестань плакать, Ельвира, и будь моею сестрою.
Ацем
Ельвира! я постараюсь, чтоб ты забыла Гишпанию. Если ты не найдешь во мне гибкости и лукавства европейца, то найдешь душу, сердце, желание тебе угодить.
Ельвира
